Кимберли привстала и приникла к его груди.

14

Ее еще очень юной просватали за лорда. Все считали его подходящей партией. Бездетный лорд — обладатель большого состояния и малого числа родственников, чего еще желать молодой девушке? То, что лорд не первой молодости и довольно потрепанный, никого не смущало. А то, что нрав имел деспотический, так и Кимберли не подарок. Взбалмошная девица, так характеризовала ее мать. Отец полностью с ней соглашался. Сбыть ее с рук поскорее — он считал своей первоочередной жизненной задачей. Лорд подвернулся вовремя. Хотя в Кимберли было то, что начисто лишало мужчин разума, брак ее не задался.

Чувство самосохранения позволило ей забыть кошмар первой брачной ночи. Ее тогда чуть не вырвало от прикосновения гадкого тела, пахнувшего вином и дешевыми духами проституток. Удовлетворив свое желание, он повернулся на бок и захрапел. Она долго лежала без сна, жалкие беспомощные женские слезы катились по щекам. Следующие ночи были повторением первой. Часто Элджернон приходил к ней пьяный. Тогда он презрительно смеялся над ней и говорил, что она должна быть счастлива, что нашелся дурак, который взял ее, бесприданницу, замуж.

Реджиналда, родного брата мужа, она встретила уже после того, как у нее родился сын. Тот бал в Лондоне стал началом их любви, а после маскарада в ее замке она бежала, но не нашла ничего лучшего, как обосноваться в лондонском доме мужа. На вечере у леди Зи она снова встретила Реджиналда.

Красивую и легкомысленную Кимберли принимали многие, хотя в свете и ходили слухи о ее разрыве с мужем. Но тот оставался в своем замке и пока не предпринимал никаких действий.

В тот вечер на Кимберли было надето длинное обтягивающее черное платье с огромным декольте на спине. На шею она небрежно набросила боа из черных перьев, из-под которого выглядывала длинная нитка крупного отборного жемчуга, которая заканчивалась чуть ниже талии. Кимберли его приобрела в одном из самых шикарных и дорогих ювелирных салонов Лондона. Присланный тогда счет поверг ее мужа почти что в шок, а когда он пришел в себя, то завизжал от возмущения. Она стояла спокойная и наслаждалась гневом мужа. Сейчас ее жемчуг привлекал внимание всех дам.

Реджиналд стоял к ней спиной в дальнем углу комнаты. Не обращая внимания на присутствующих, Кимберли стремительно направилась к нему. Она ни на секунду не усомнилась в том, что его чувства к ней не изменились. Мысль, что, может, он давно забыл ее, соблазнив такой далекой ночью, даже не пришла ей в голову. Она подошла к нему.

Занятый беседой с каким-то важным лицом, Реджиналд не почувствовал ее появления. Кимберли протянула затянутую в перчатку руку и слегка коснулась его плеча. Реджиналд обернулся. Перед ним стояла его богиня, которую он ни на мгновение не забывал с тех пор, как они расстались. Она поняла это без слов.

— Любимая, — прошептали его пересохшие губы.

Не сговариваясь, они тут же покинули салон и поехали к нему домой. Войдя в комнату, она, ни слова не говоря, сбросила с себя всю одежду. Подойдя к пожиравшему ее взглядом мужчине, Кимберли, нимало не стесняясь, стала торопливо его раздевать.

Безумство овладело обоими. Словно по мановению волшебной палочки, страсть, которая сжигала Кимберли, превратила ее в бесстыжую и опытную куртизанку, требующую удовлетворения себе и обещающую блаженство ему. Ее губы и руки исследовали все потаенные места, лаская и даря наслаждение. Их новая встреча пробудила в их душах бурю чувств, а тела не могли насытиться друг другом. В его руках она превратилась в мягкий воск, охотно откликаясь на любую эротическую фантазию любовника.

Они предавались любви, забыв обо всем на свете. Кимберли оставалась в квартире Реджиналда целую неделю. Они никуда не ходили, заказывая еду из ближайшего ресторана. Они не могли насытиться любовью, боясь, что потеряют друг друга, если расстанутся хоть на минуту.