Я даже малодушно прикидывал, не решит ли он оставить нас наедине с Веданой во время поездки на бал. Такой расклад открывал перспективы, от которых, без всякого преувеличения, захватывало дух.

Любомир ждал меня в комнате. Сидел в кресле, вытянув и скрестив ноги, и глядел на сад, окрашенный золотистыми лучами клонящегося к закату Солнца.

— Знаешь, а ведь граф даже не против будет… — заявил он, не оборачиваясь.

— Чего именно? — уточнил я.

— Тебя и Веданы. Только вот потом жениться придётся, это без вариантов.

Я сжал челюсти, но промолчал. Начал раздеваться, готовясь принять душ — я порядком пропотел во время прогулки, день был жарким.

Пока стоял под прохладными струями, раздражение, вызванное поведением Любомира, куда-то улетучилось. Я просто попытался представить себя на его месте. И мне стало до боли в груди жалко своего сводного брата.

Я вышел, тщательно вытерся, потом надел свежие джинсы и новую рубаху в старом стиле с ритуальным узором, которую мне подарил князь.

— Ничего у нас не будет, — сказал я.

Любомир вздрогнул и повернулся ко мне.

— Почему? — спросил он.

— Потому что она нравится тебе, — ответил я. — И я не хочу, чтобы тебе было неприятно.

У Любомира на его полупрозрачном лице застыло очень странное выражение. Некоторое время он молчал. Я же продолжал одеваться.

— Подожди… — наконец, сказал он. — То есть, я, конечно, тебе благодарен. Правда. Но, видишь ли, какая штука… это же вторая ночь Ярило… на твоём месте кто угодно может оказаться!

— Тут уж извини, — вздохнул я. — Но мы в одинаковом положении.

— Мне… было бы лучше, если бы это был ты, — немного поколебавшись сказал Любомир.

И в этот момент мне в голову вдруг ударила одна интересная, совершенно безумная мысль.

Я развернулся и посмотрел Любомиру в глаза.

— Слушай, — начал я. — Что, если бы я мог выключиться на время? Как тогда, на дороге? А ты бы вошёл в меня? Скажем, на пару часов, а?

Он сначала не понял. А потом как понял! Это было видно по его расширенным глазам и открытому рту. Некоторое время он боролся сам с собой. Потом всё-таки сказал:

— Это… возможно. Технически. Пара часов, да даже вся ночь — это не срок. Главное не повторять это слишком часто.

— Будем стараться, — подмигнул я.

— Да! Важный момент! — сказал Любомир. — Возьми с собой депозитные слитки. Это такие штуки, с печатью Владетеля. На важных мероприятиях для знати они используются вместо обычных денег, чтобы не таскать неудобные «котлеты». В чемодане есть немного, потом их можно докупить в губернском казначействе. Это отделение Центробанка, предназначенное для знати… в общем, объясню потом. Обязательно оплати «Шатёр Избранных», это произведёт впечатление! Мало кто из региональной знати себе такое позволяет.

— Понял, — кивнул я, улыбаясь.

Слитки нашлись на самом дне чемодана, под бумагами. Несколько плоских жёлтых прямоугольников с имперской символикой, пробой и весом. Я положил несколько в карман джинсов. Не слишком удобно — зато не надо сумки с собой таскать.

Комплекс, где был организован бал, находился в уединённом месте на Волжском берегу, всего в десяти километрах от усадьбы Баранцовых.

Ведана указывала дорогу, то и дело улыбаясь и глядя на меня искоса. Она была одета в короткое белое платье с руническим узором и, надо сказать, оно ей очень шло, подчёркивая все достоинства созревшей фигуры.

Любомир ехал с нами, на заднем сиденье и всю дорогу глупо улыбался и хихикал, когда Ведана рассказывала очередную шутку.