|
Я вообще думаю переехать на год куда-нибудь, поработать в другой больнице - у меня уже были предложения. Работая в вечернюю смену, я найму на ночь няню и почти весь день буду с Дот сама. А в чем дело?
- И давно ты думаешь об этом? Клер пожала плечами.
- Уже несколько недель. Не знаю. А почему ты спрашиваешь?
- Потому что это так похоже на тебя - думать о других. - Нора расплылась в любящей улыбке. Она покачала головой. - Я не хотела бы, чтоб дошло до этого...
- Я тоже. Ради моей сестры.
- И ради тебя, - добавила Нора. - Я знаю, ты последнюю рубашку готова отдать другому. Сколько бы от тебя ни потребовалось.
- Ты что, смеешься? Разве ты не заметила, что за последние годы я превратилась в старую себялюбивую гусыню? - Покончив с беконом, Клер собралась домести остатки сахара, когда увидела печальное личико Дот, снова появившейся на кухне.
- Где мама? - удрученно спросила она.
- Не знаю. Я собираюсь пойти в зоопарк после завтрака, если кто-нибудь составит мне компанию, - небрежно произнесла Клер.
- Я пойду с тобой! - с восторгом заявила Дот.
- Будет холодно, - предупредила ее Клер.
- Мне все равно!
- Кто-нибудь в этом доме хочет яичницу? Я уже целый час пытаюсь приготовить завтрак, полдевятого как-никак, - заметила Нора.
Настроение в доме тотчас изменилось. Дог поспешила накрыть на стол, радостно напевая. Вальтер принялся подпевать ей. Нора включила радио, чтобы послушать любимую песню, и стала разбивать яйца на шипящую сковородку. Клер пошла в свою комнату и быстренько надела старые вельветовые джинсы и свободный розовато-лиловый свитер. Когда она вернулась на кухню, там стоял оглушающий шум, и никто не слышал звонка в дверь.
Перешагнув через пса. Клер быстро пошла к двери. Когда она открыла, ее удивление было так велико, что она не могла произнести ни слова.
В морозном воздухе стоял Джоэл, высокий и молчаливый, и смотрел на нее. На нем была короткая дубленка и джинсы, воротник был высоко поднят, щеки раскраснелись от холода, а на волосах поблескивал снег. Прямо явление мужчины в их женской обители.
Он просто улыбнулся и тихо сказал:
- Доброе утро.
- Кто это там? - спросила ее Нора.
- Кто там? Кто там? - затараторила Дог. Джоэл не отводил взгляда от Клер. Как губка, он впитывал в себя все ее лицо без косметики, ее повседневный свитер и джинсы, мгновенно возникшее выражение незащищенности в ее глазах, которое она старалась скрыть.
- Я подумал, может, мне повезет и я застану вас дома субботним утром, очень спокойно произнес он. - Клер, мне нужно было увидеть вас.
С круглыми от любопытства глазами Нора просунула голову через плечо Клер.
- Ради Бога, входите. На улице холодно, как в склепе. А у нас горячий кофе. Клер, ну что ты стоишь...
Клер передвигалась, словно во сне. На какой-то момент она пожалела его. Джоэл не понимал, на что себя обрекает. Раз уж он представился как друг, у него было мало шансов. Нора разбила еще три яйца, налила ему кофе, предупредила, чтобы он не садился там, где был рассыпан сахар, и завела серьезный разговор о жизни, погоде и о женщинах на посту мэра.
Дог протянула ему свою ручонку для пожатия, затем уселась по-индейски на стул рядом, периодически вставляя про то, что он высокий, что у нее есть две капустные грядки, где он может поиграть, и что на заднем дворе живет настоящий живой медведь. Вальтер уже накопил достаточно энергии, чтобы принять сидячее положение и пристроить свою морщинистую голову у Джоэла на коленях. Клер беспомощно подняла глаза к потолку. Ее семья от застенчивости не умрет. А Джоэл не возражал, хотя ему бы следовало.
И еще ему следовало не приходить сюда. Все тело Клер пылало, как от горячей печки. |