Хотя несколько забавных моментов, я все же подметил. Деревья, к примеру, почти не отвечают. А придорожные кусты — трещат без умолку. Ладно бы что-то дельное! Но ерунду же какую-то!

Пока мы шли до озера, я не уставал мысленно смеяться.

— Ветер, ветер, ветер! Дождя бы! Пыль! Солнце! Ветер, ветер, ветер! — до меня долетали их слова.

В какой-то момент я даже подумал сделать оберег из яшмы, чтобы не слушать все это, а потом махнул рукой. Не так-то это и раздражало. Скорее, наоборот, заставляло держать ухо востро и постоянно наблюдать за силой.

А вот когда я увлекся ловлей рыбы и вовсе понял, что перестал обращать внимание на тихую трескотню вокруг. Шелестят себе листья, шуршат ветки, шепчут голоса.

Привыкну.

Так и провели остаток дня. То про рыбу говорили, то про изнанку.

— А ты знаешь, история с дядькой-то не кончилась, — вдруг сказал Санек, сматывая удочку.

— Как это? Я же его отпустил.

— Ты-то отпустил душу. А я все не переставал думать о его смерти. Несколько раз наведывался, смотрел, как себя ведут его братья.

— И что выяснил? — я привел на поваленный ствол и с интересом уставился на друга.

Я тогда же решил не вмешиваться в это дело, а друг, оказывается, никак не отпустит эту тему.

— Дядька братьям денег не оставил, а все отписал на детей. И свою дочь, и на племянников. Конечно, это никому не понравилось, в хозяйстве каждая копейка же нужна. Обстановка стала напряженная. Крепкая ругань в доме. Думаю, нужно их вывести на чистую воду.

— Я думал об этом. Только никак не мог понять, что будет дальше. Детей же много, кто их кормить будет? Одна твоя тетка с ними не справится.

— Она и не должна. У них других родственников много. Как оказалось, братья и без убийства нечисты на руку. На воровстве, конечно, не попадались, но есть те, кто пострадал от сделок с ними. Гнилые люди.

— Для всего нужны доказательства. Ты это лучше меня знаешь.

— Да, — кивнул Санек. — Поэтому и хотел тебя просить помочь.

— Как же я тебе помогу?

— Не так давно в той деревне умер дедок. Сердце прихватило. Как я узнал, братья за бесценок купили у него участок с домом.

— Не глядя, что ли, подписывал?

— Да он старый уже ж. А когда пришли новые хозяева и стали выгонять его, он к знакомым пошел. Подняли шум. Но все бумажки правильные. Обман.

— Одни жулики в стране, — качнул я головой. — И ты хочешь, чтобы я нашел деда, и что он может сказать? Он же умер.

— Может, быть, есть, за что там зацепиться? — Санек посмотрел на меня с надеждой. — Они же воспользовались его доверием!

— Сань, даже если я найду душу, спрошу, он все подтвердит. А дальше-то что? Его слова к делу никак не пришьешь.

Он не ответил, вздохнул и зарыл мыс ботинка в песок, выкапывая ямку.

— А если он чего интересного расскажет? Мол, знает, где они важные документы хранят?

— И что? Нужны доказательства! Железные! К примеру, что дед не понимал, что подписывает, вот вам заключение врача. Или что дом вовсе не его, а чужой. Я понимаю, что в тебе гнев говорит, но так просто такие дела не решают.

— Я знаю, — выдохнул Санек. — Но может, хоть что-то поможет засадить этих двух за решетку?

— Я подумаю, как можно помочь тебе в этом деле, дружище. Посоветуюсь с другими душами. Может, подскажут чего дельного.

— Спасибо.

Мы немного помолчали, собрались и отправились по домам.

Я не переставал думать о просьбе Санька, но в то же время понимал, что толком ничего не смогу сделать. Вслед за этим в голову пришла мысль: а есть ли в нашем законодательстве ссылки на магов с такими же, как у меня, способностями?

В итоге, дойдя до дома и разобравшись с рыбой, я решил все же написать семейному юристу.