Колдун выразил свое согласие, коротким жестом указав Федеральному Следователю на сиденье напротив. Сложил кончики пальцев прямо перед собой и через них вперился взглядом в переносицу Кая.

– Вы ведь следуете отнюдь не на Нимейю. – не столько спросил, сколько констатировал Кай. – Ради вас даже программа Броска была модифицирована. И расстаться мы с вами должны были где‑то примерно там – на траверсе Брошенной.

– Если бы «Констеллейшн» не погнался за сигналом бедствия, мы расстались бы с вами через несколько часов после того, как закончился первый Бросок. – согласился Маддер.

– Вас должен был забрать «Тюльпан‑8». Это рядовой орбитер. Если не считать Брошенной, то больше ему лететь было некуда.

– Вы правы. Я должен был руководить операцией по… м‑м… По эвакуации с планеты некоего оборудования… Затем нас должен был забрать… с условленного места встречи нас должен был забрать рейсовый «дальнобойный» корабль…

Маддер нервно поправил какую‑то из разложенных на столе бумаг.

– Простите, что я затрагиваю сферу высшей секретности… – Кай старался поточнее подбирать слова, – но… но у меня сложилось впечатление, что… что заданию, которое предстояло выполнить вам, в определенных кругах придавалось не меньшее значение, чем собственно Миссии Спасения, курировать которую по линии Федерального Управления приходится вашему покорному слуге.

Маддер молчал. Но молчанием означил согласие со сказанным.

– Нас ищут? – спросил Кай. – Вы понимаете, что я имею в виду не обычный набор экстренных мероприятий Службы Спасения…

– Безусловно… – Маддер наконец перевел взгляд с переносицы собеседника на его глаза – И нас непременно найдут. Но нет никаких оснований полагать, что до нас доберутся раньше тех сроков, которые и в вашем задании и в моем означены как критические… Если вы рассчитывали, что я располагаю какими‑то дополнительными возможностями в этом отношении, то вы ошиблись. В моем кейсе – вовсе не подпространственный транслокатор или аппарат сверхдальней связи. Еще не придумали таких аппаратов, способных уместиться в багаже простого смертного… Рассчитывать мы можем только на себя…

– Я не строил иллюзий в этом отношении, доктор… – словно боясь спугнуть большую черную птицу, усевшуюся перед ним, Кай осторожно изменил позу, чуть подобрался и выпрямился. – Я не сомневаюсь, что все, чем мы располагаем в данный момент, – это, только мы сами. Но… но – зная определенную специфику ваших предыдущих работ, доктор, я хотел бы надеяться, что вы сможете предложить нам нечто… Нечто, что способно было бы изменить нас самих. Точнее – что‑то в нас…

Доктор решительно выпрямился в кресле и с уважением посмотрел на Федерального Следователя

– Вам… Вам известна какая‑то дополнительная информация по программе «Тени»? Вы… Наша встреча на борту «Констеллейшн» – неслучайна?

– Увы, док. Все‑таки – случайна… Управление Расследований не уполномочивало меня заниматься еще и вопросами военно‑медицинских исследований. Безопасность трехсот тонн «Пепла» – вполне достаточная работа для нормального специалиста в моей м‑м… области Треть мировой продукции за год как‑никак.

– Значит, вы просто догадливы… Это хуже. – Доктор позволил себе чуть улыбнуться. – Все беды мира – от чересчур догадливых людей…

– Постараюсь не раздражать вас больше этим своим качеством, – Кай тоже чуть улыбнулся. – В том смысле, доктор, что я рассчитываю на то, что мы перестанем ходить вокруг да около, а ясно изложим друг другу свои э‑э… предложения…

Маддер встал и за неимением в боксе избытка свободного пространства сделал полтора шага в одну сторону, ровно столько же – обратно и задумчиво уставился в имитацию иллюминатора, терпеливо демонстрирующую всем желающим бесконечность звездного неба – что же еще? За бортом корабля ангелы небесные могли летать хоть стаями, или Серые Карлики играть в хоккей, но фальшокно выходило только на звездное небо и никуда больше.