– Мастер Гарет, где ваша старшая дочь? Что с ней?

– Она в Нескье, – ответил мастер Гарет. – Состоит при тамошнем правителе Варзиле.

Это неприятная новость.

– Выходит, она служит врагам Астуриаса?

Тут он подумал, что, может, так и лучше. Если считать Мелору врагом, легче будут воспоминания. Злее… Она единственная, кто понимал его, кто не отдалась ему.

– Почему? – пожал плечами мастер Гарет. – Лерони из Нескьи дали обет заниматься только добрыми делами, помогать всем страждущим и больным духом. Они соблюдают нейтралитет. Их дело – молитвы, исцеление больных… Туда идут со всех сторон… Они нам не враги, дом Волк.

– Вы действительно верите в возможность подобного непротивления? – язвительно спросил Бард.

– Мой лорд, я не верю – я знаю. Мелора не станет обманывать. И не потому, что я ее отец, просто никогда маг не сможет обмануть мага. Дом Варзил искренне верит в то, что говорит, в договор, который обязывает не использовать на поле брани колдовское оружие. Он честный человек, я восхищаюсь его храбростью. Это не так просто отказаться от злодейства, зная, что враг готов использовать его против вас, что он не способен поверить, что у вас нет ножа за пазухой.

– Должен ли я понимать эти слова так, – спросил Бард, – что и мне следует разоружить армию и жить по рецептам дома Варзила? А вы знаете, что он из Серраиса, он Риденоу?

– Знаю. Но только по рождению, – ответил Гарет. – Теперь он только Варзил из Нескьи, не более того. А ваш вопрос, мастер Бард, просто неуместен. И то, о чем вы подумали, тоже. Я дал клятву верности королю Одрину и не изменю ей в пользу ни Варзила, ни кого‑либо другого. Я держал ее по отношению к младшему сыну короля, пока королева Ариэль не сбежала из Астуриаса. Я верно служу вашему отцу, потому что считаю, что в нем – единственное спасение нашей земли. Но я вовсе не надсмотрщик над своей дочерью, тем более над ее совестью… Она оставила королевский двор в ту ночь, когда вас отправили в изгнание. Тогда Валентина еще на свете не было, так что не надо было выбирать между ним и Алариком. Кроме того, двор она покинула с согласия короля.

– Ясно, – сказал Бард. – Если уж она решила не участвовать в войне, рад, что она не примет сторону врагов Астуриаса.

– Это как вам будет угодно, господин. Вы можете также сказать, что и против врагов Астуриаса она сражаться не будет. Она уже сделала выбор. Когда Хастур кинул призыв, все из окружения Варзила, кто не подписал договор, перешли на сторону Тендары. Она – нет, и Варзил тоже. Это означает, что Мелора хранит нейтралитет. И моя внучка Мирелла, которая сейчас в Башне Хали. Я старик и верен своему королю, однако молю богов, чтобы молодежь выбрала путь, который поможет прекратить эти чертовы войны, пока вся наша земля не превратилась в пустыню.

Бард помолчал, подумал, потом заметил:

– Мне бы не хотелось видеть Мелору среди своих врагов. Если уж она мне не друг, пусть соблюдает нейтралитет.

Его лицо скривилось от боли, словно воспоминания о Мелоре до сих пор были нестерпимо горячи. Это удивительно…

Между тем мастер Гарет заверил:

– Естественно, что она вам не враг и никогда им не станет. Она очень хорошо отзывалась о вас.

Бард, вспомнив, что Пол и Мелисендра в состоянии прочитать его мысли, попытался прикрыть их. Неужели эта Мелора до сих пор столь много значит для него? Нет, это в прошлом. После завершения кампании против Серраиса он соберет всех лерони и поставит перед ними задачу отыскать пути к проникновению на остров Безмолвия. Он должен захватить Карлину, доставить ее домой, тогда сами собой пропадут все мысли о Мелоре.