|
Особо теперь из той толстенной книги ничего и не помнил. Про марки только. Банальщина. Наверное, эти мысли были открытием в тридцатых годах в США, но время на месте не стоит, из мыслей и откровений превратились поучения Карнеги в то, что все и так знают и применяют. А в России и без Дейла все всё о взятках знают. Не подмажешь – не поедешь. Подмазать – это силу трения уменьшить. Те люди, которых Брехт решил навестить, были купцами, и деньги он шел у них просить, и взятка деньгами была бы глупостью. Прикинул Петр Христианович, а что он может подарить купцам-миллионщикам, чтобы те его на три буквы не послали? У него полно всяких золотых ювелирных украшений в секретной комнате. И что? Там нет ничего такого, чего богатый человек не может купить. Думал, думал, дошел до завиральной идеи, что нужно уговорить Александра дать купцам ордена. Или свои – Дербентского ханства вручить? Хрень. Его позолоченные блямбы не оценят. И с чего это Александр будет по его указке или просьбе ордена выдавать, с какого перепугу?! А если и удастся сподвигнуть его на это, то всякие Резановы и Барановы будут к государю благодарность испытывать, а не к Брехту.
Решил тогда Петр Христианович все, что знает о Российско-американской компании, записать на бумажку. Может, лучший подарок для купцов этих – совет, как деньги приумножить? Вспомнил про форт Росс, которого еще нет, решил с него начать. Окунул перо в чернильницу и… кляксу поставил. Блин, а ведь хотел давно изобрести металлические перья. Стоять! Бояться! Вот лучший подарок для купца! Ручка с золотым пером, украшенная камешком каким-нибудь блескучим. Или с железным лучше? Изобрести пружинную сталь? Нужно идти к ювелирам. Патент в Англии и Франции оформить? Нет. Россия в ближайшие годы сначала с одной страной поссорится, потом с другой, потом снова с одной. Внешнюю политику при Александре так штормить будет, что никакие патенты, выданные русским, работать не будут. Вместо патента нужно просто наладить производство, а потом механизировать его. Пресс изобрести. И тогда ручная выделка конкурентов не будет мешать. Не потянут. В крайнем случае при его деньгах можно демпинговать, разорить товарища Джеймса Перри и иже с ним. Плюс нужен бренд. На ручке должен быть знак, что это сделано в России, и этот знак должен быть равен знаку качества. Для начала нужен просто ювелир. Хороший, но не сильно богатый. И как его найти, объявление дать в газету? Нет, он же знаком с придворным медальером и автором неудачного коронационного рубля Александра товарищем Карлом Александровичем Леберехтом. С этим интересным немцем его Мария Федоровна познакомила. Интересен он тем, что вообще рисовать не умеет. Только копировать и резать по металлу и твердым камням. У императрицы он числится учителем. Скорее всего, именно благодаря ей он и получил в 1794 году от Петербургской Академии художеств звание академика, а по принятии им в 1799 году русского подданства назначение главным медальером Санкт-Петербургского Монетного двора. Академиком стал, даже преподавать в Академии художеств начал, в Италию был отправлен, постигать живопись, а рисовать так и не научился, но тем не менее он продолжает резать штемпеля для медалей и рублей, но лишь по рисункам, доставляемым заказчиками. Сам Карл Александрович для задуманного Брехтом не годился, но он же преподает в Академии и у него есть ученики. Подскажет перспективного паренька.
Карл Александрович Леберехт нашелся у себя дома на Мойке. Брехт, когда договаривался с ним о выпуске дополнительно нескольких десятков коронационных рублей, дома у придворного медальера был, туда сразу и направился, как только план получения денег с купцов по полочкам разложил. Леберехт похож на государя. Внешне. Только в зрелые годы. Большие бакенбарды, высокий лоб, переходящий в лысину, которую немец пытается кудряшками скрыть. Кудряшки седые уже. Князя фон Витгенштейна академик встретил радушно. Земляки же. Разговаривали на немецком, по которому Карл Александрович скучал. |
