— Найми кого-нибудь, чтобы вывезти этот мусор, — сказал Генри; вероятно, вид сломанного дерева удручал его.

— Хорошо.

Генри внимательно осмотрел дом внутри и с удовлетворением убедился, что все стекла целы, вода и электричество есть. Остановившись в дверях, он взглянул на Рут. Глаза, ставшие вдруг холодными и бездонными, пристально изучали ее.

— Прощай, — наконец произнес он. И, помедлив, добавил: — Пообещай мне кое-что.

Рут готова была обещать ему что угодно.

— Что именно?

— Я посмотрел один из фильмов с твоим участием. Ты рождена для моря. И ты должна преодолеть свой страх. Ради меня. Научись снова плавать в океане.

Рут кивнула. С комком в горле она наблюдала за тем, как Генри спускается по ступенькам, идет по дорожке, садится в машину. И долго еще потом она не спускала глаз с дороги, по которой стремительно умчался джип.

— Как ты себя чувствуешь? У тебя все в порядке? — Голос Риты, звучал так тревожно и нетерпеливо, что телефонная трубка, казалось, вибрировала.

— Не беспокойся, все нормально. И со мной, и с домом.

— Бог с ним, с домом. Представь, каково мне было, когда я позвонила твоему отцу и узнала, что тебя там нет! Кстати, немедленно сообщи ему о том, что жива! Он очень волнуется.

Рита внимательно выслушала отчет Рут об уроне, нанесенном ураганом, а потом, немного успокоившись, сказала:

— Может, тебе лучше перебраться к нам? Здесь не соскучишься. Мой старший увлекся рисованием — испортил все обои. А девочка, слава Богу, перестала просыпаться по ночам.

— Замечательно! — механически отреагировала Рут: сейчас ей было не до достижений крестницы. — А знаешь, я побывала в реке.

Подруга на время онемела от такой новости.

— Как? — наконец еле вымолвила она.

Рут спокойно, без лишних эмоций, рассказала о том, как спасали Дага Рейнолдса.

— Думаешь, все придет в норму?

— Да. — Рут посмотрела в сторону озера: вода вновь светилась голубым, заманчивым светом. — Думаю, так и будет, — медленно проговорила она.

Рита осталась довольна ответом.

Отца дома не оказалось, к телефону подошла мачеха и обрадовано заохала. Через секунду она уже делилась с Рут своей бедой: после ливня все ее розы покрылись черными пятнами. Рут вежливо посочувствовала ей, и они попрощались.

Затем Рут позвонила в магазин, чтобы узнать, не может ли кто-нибудь в округе распилить поваленное дерево. Ей дали телефон. На звонок ответила жена мастерового. Узнав фамилию Рут, она воскликнула:

— О, все в порядке! Ваш муж уже звонил нам по этому поводу.

— Мой муж? — в недоумении переспросила Рут, но тут же сообразила, что речь, видимо, идет об Генри.

— Да, пару часов назад. Он настаивал, чтобы Джо сегодня же заехал к вам.

— Вы еще легко отделались, — сказал ей вечером Джо. — Дерево и без урагана могло рухнуть, причем прямо на дом, и тогда урон был бы существенным.

Джо с сыном дотемна работали на участке Рут, приводя его в порядок: распилили дерево на дрова, сложили их в штабеля для просушки.

Не зная, чем заняться, она вышла из дома и направилась к озеру. Осмелев, она несколько раз входила в воду. При этом страха почти не испытывала, поскольку все мысли были заняты Генри и опасностью, нависшей над ним.

Едва дождавшись вечерних новостей, Рут включила телевизор. О маленькой стране на Балканах — ни звука.

Утром также ничего. Целый день обессилевшая от страха Рут слонялась по дому, чем-то занималась, но если кто-нибудь спросил бы потом, что она делала, не сумела бы ответить.