|
Иногда Кристине казалось, что она сходит с ума. Она и представить себе не могла, что такое бывает, когда невозможно ни на чем сосредоточиться, не получается ни читать, ни писать, когда все, что говорится вокруг, кажется глупым, пошлым, тривиальным, потому что на всем свете нет ничего, что было бы важнее, чем ЕГО любовь. Кристина перестала ходить на занятия и, бывало, целый день сидела у себя в комнате, а иногда даже не хотела вставать. «Лучше умереть, — думала она, — чем жить без него». Время от времени ей звонила Лидия, но Кристина не хотела разговаривать и с ней, только отвечала односложно: да или нет, пока Лидии не надоедала такая скучная беседа. Несколько раз звонил Антон, но при звуках его голоса Кристина просто бросала трубку. Но Вадим не появился ни разу. Кристина дала себе слово больше не звонить ему, но время от времени не выдерживала и все-таки набирала знакомый номер, который помнила наизусть и твердила про себя, как мантру. Чаще всего никого не оказывалось дома, несколько раз трубку брал кто-то из родителей, дважды Кристина наткнулась на Вадима. И оба раза положила трубку. Прошло еще несколько дней. Кристина старалась убедить себя в том, что Вадима нет, и надо жить так, как будто его никогда и не было. Она знала, что он не позвонит, и все равно всякий раз, стоило телефону звякнуть, со всех ног бросалась к аппарату и хватала трубку. Но на этот раз ее снова ждало разочарование. — Кристинчик! — раздался в трубке голос Лидии. Последнее время она стала что-то очень настойчиво названивать, хотя Кристина ее вовсе не поощряла. — Это я. Ну, как дела? — Хорошо, — тускло ответила Кристина. — Слушай, хватит тебе там киснуть дома. Я вообще не понимаю, как ты живешь? У меня просто в голове не умещается. — Лидия говорила каким-то совершенно не свойственным ей развязным тоном. Кристина поневоле прислушалась. — Как ты там сидишь, с бабкой, что ли, время коротаешь? Скукотища же, молоко в грудях киснет, — продолжала Лидия. — Так-то, радость моя… — Что? — переспросила потрясенная Кристина. — Что ты говоришь? — Я говорю то, что думаю — ответила Лидия. — Я возмущаюсь тобой! — Ты что, пьяная? — Вот еще! Какая чушь! Просто я в ужасе от того, как ты живешь. Страдаешь из-за какого-то му… извини, вырвалось, из-за идиота, который твоего мизинца одного не стоит. Ты же королева. — Ладно, Лида, давай не будем об этом. Ты лучше позвони попозже… Кристина уже собиралась положить трубку, но Лидия успела выпалить: — Видала сегодня твоего прынца! Кристина молчала, крепко сжимая в руках трубку, и напряженно ожидала продолжения. — Ты же королева! Красавица! А он?! Подумаешь, теннисист. Сидит в машине, засосы ставит. — Что? — только и смогла спросить Кристина, до которой не сразу дошел смысл развязных речей подвыпившей подруги. — А то! — закричала Лидия. — То, что сегодня вижу — сидит он в машине, иномарка какая-то, и взасос целуется с этой выдрой, которая с нами в ресторане была. Ну, на твоем дне рождения. Которую Антон приводил. — Она Антона приводила, — заметила Кристина. — Он ее, она его — не суть. Теперь-то с ней наш Вадик крутит. И так ее прижал, я думала постоять посмотреть, вдруг что поинтереснее начнется. Кристина понимала, что надо немедленно прекратить этот разговор, но это было не в ее силах. Она в оцепенении слушала Лидию, а та продолжала: — И так ее за сиську хватал, я уж думала — оторвет. Машина-то стояла там, на канале, недалеко от казино, где она работает. Видать, это он ее на работу провожал… Это я к чему говорю? Наплюй ты на него, давай развлекаться, сегодня приходи, слышишь? Но Кристина уже ничего не слышала. |
