Перекусив, Такер возобновил повесть о «подлинных приключениях Форреста Такера», как он это называл. Рассказывал он несколько часов, а когда устал, предложил встретиться еще раз следующим утром. Так мы и беседовали несколько дней подряд — всякий раз в углу под окном. В какой-то момент Такер прерывал свой рассказ легким покашливанием, и тогда я предлагал купить ему напиток и шоколадку. Каждый раз Такер следовал за мной к автомату, а охранник издали присматривал за ним. Только в последний такой поход я заметил, как живо бегают глаза старика, отмечая все — стены, окна, охранника, забор, колючую проволоку. И тогда я сообразил, что Такер, мастер побегов, использовал наши встречи для рекогносцировки.

— В первый раз я сбежал в пятнадцать лет, — вспоминал Такер. — В пятнадцать лет проворства хоть отбавляй.

Весной 1936 года, во время Великой депрессии, мальчишку поймали в угнанном автомобиле в Стюарте, одном из городишек на берегах реки Сент-Люси штата Флорида. Полиции Такер сказал, что просто хотел позабавиться, но едва в тюрьме для несовершеннолетних с него сняли наручники, он задал стрекача. Несколько дней спустя шериф наткнулся на него в апельсиновой роще — паренек лакомился апельсинами.

— Побег номер один, — сказал Такер. — Не бог весть что, но идет в зачет.

Шериф вернул его в тюрьму. Однако, пока Такер находился в бегах, он времени зря не терял: раздобыл с полдюжины лезвий от ножовок и передал их через окошко сокамерникам, с которыми успел перезнакомиться.

В первую же ночь он перепилил прутья решетки и выбрался наружу, прихватив с собой двоих товарищей. Он хорошо знал окрестности — в детстве все время околачивался у реки — и теперь там же искал убежища.

Но через час полиция отыскала беглецов в реке: они прятались под водой, выставив на воздух только носы. Местная «Дейли ньюс» подробно описала их подвиги: «Трое подростков сбежали прошлой ночью из тюрьмы, получив от своего товарища ножовки, стамески и веревку».

— Побег номер два, — резюмировал Такер. — Довольно короткий.

Любитель дешевого чтива, Такер, как и другие легендарные бандиты, утверждает, что «легенда о Форресте Такере» идет с того дня, когда его несправедливо осудили за ничтожное преступление. Годами он отшлифовывал этот рассказ, уснащая его все более изощренными деталями, при этом представляя кражу все более мелкой.

Моррис Уолтон, друживший с Такером в детстве, говорит:

— Насколько я понимаю, он всю жизнь скитался по тюрьмам только оттого, что по глупости прокатился на чужом велосипеде, а потом решил выбраться на свободу. То, что он пошел по кривой дорожке, сделала система.

Все воспоминания Морриса о Такере подтверждают это: парень был неплохим, просто жизнь так неудачно сложилась. Его отец работал механиком и бросил семью, когда сыну едва исполнилось шесть лет. Мать подрабатывала в Майами то уборщицей, то посудомойкой, а Форреста отправила к бабушке, смотрительнице моста в Стюарте. Здесь он рос, строил лодчонки из подобранных на берегу обломков металла и дерева, самоучкой освоил саксофон и кларнет.

— Отца мне не требовалось, я сам воспитал себя, — говорит он.

Мальчишка скоро прославился своими способностями, но прославился он и приводами в полицию. Ему еще и шестнадцати не было, когда к списку обвинений прибавились «взлом» и «кража без отягчающих обстоятельств». Из подростковой тюрьмы он в очередной раз сбежал и добрался до Джорджии, но и там его отловили и приговорили на этот раз к каторжным работам.

Заключенного отвели к кузнецу, и тот заковал ему лодыжки длинной цепью. Теперь он был прикован к другим арестантам. Цепь натирала ноги и причиняла сильную боль.

— Первые три дня новичка не трогают, — рассказывал Такер.