|
Есть рыбу ему нравилось еще больше — может быть, больше всего на свете. Возможно, завтра, когда они пойдут вдоль реки к морю, он поймает рыбу. Но эта река, а особенно эта ее часть, казалась ему неприветливой и опасной. Плеск и бурление воды вокруг построек плосколицых заглушали тихий лепет медвежьих духов. И пахла эта река не свежестью и рыбой, а какой-то гадостью с привкусом гари и металла.
Наконец Токло заметил в небе серую точку, которая, увеличиваясь на глазах, стремительно приближалась к берегу.
В какой-то миг тень Дымной горы скрыла птицу из глаз, но потом она вновь вынырнула из темноты, и чайка-Уджурак опустился на землю рядом с друзьями. Дрожь пробежала по его перьям, и они стали стремительно превращаться в мягкую медвежью шерсть. Уджурак нетерпеливо тряс на глазах удлиняющейся мордой, сгорая от желания поскорее заговорить.
— Квопик был прав, — выпалил он наконец. — Это место отличается от остальной части реки. Я далеко пролетел в обе стороны и как следует все осмотрел. Короче говоря, это и есть нужное нам место, — Уджурак с наслаждением вытянул лапы. — Ох, с непривычки летать не так-то просто!
— С чего ты взял, что это то самое место? — спросил Токло.
— Тут до самого берега рассыпана куча мелких островков, — пояснил Удлсурак, кивая носом на реку.
— Вот эти, да? — спросила Луса, вглядываясь в темноту. — А на этих островках есть берлоги плосколицых? Или огнезвери?
— Нет, там совсем пусто. Только какие-то постройки плосколицых стоят, но они ничего не делают. На островках можно будет передохнуть, так что нам не придется плыть без остановки.
— Х-ммм, — промычал Токло. — И все равно, не нравится мне эта затея!
— Мы справимся! — горячо воскликнула Каллик. — Я отлично плаваю, и буду все время держаться около Лусы, чтобы ее не унесло течением.
— А ты можешь снова превратиться в чайку и лететь над нами, — ворчливо сказал Уджураку Токло. Ему очень не нравились превращения друга, но он не хотел подвергать его лишней опасности. — Ты будешь показывать путь, а заодно сможешь предупредить нас, если кого-то понесет течением.
— Отличная мысль! — обрадовался Уджурак. — Но вы уверены, что справитесь?
— Попробуем, — ответила Луса. — Верно, Токло? Давайте скорее поплывем, пока плосколицые нас не увидели!
Когда Уджурак снова обрядился в перья чайки и взмыл в воздух, Токло повел медведиц к реке.
От воды резко пахло гарью и грязью, словно в ней искупалось целое стадо огнезверей. Токло даже поежился, представив себе такое зрелище. Он никогда не видел косаток, о которых рассказывала Каллик, но они представлялись ему в виде огнезверей, только с клыками.
Отогнав неприятные мысли, Токло решительно вошел в воду. Чтобы продолжить свое путешествие — куда бы оно ни вело — им придется перебраться на тот берег, а значит, нечего тут рассиживаться!
Оглянувшись на двух медведиц, он глубоко вздохнул и с силой оттолкнулся задними лапами от берега. Он был готов ко всему, но все-таки не ожидал столкнуться с такой силой течения.
На миг Токло показалось, будто река скрюченными когтями вцепилась ему в шкуру и потащила вниз по течению. Но он не собирался так легко сдаваться! Изо всех сил взбивая лапами воду, Токло поплыл вперед. Чайка, забив крыльями, оглушительно закричала у него над головой, и Токло не сразу понял, что это Уджурак показывает им путь к ближайшему острову. Фыркая и отплевываясь, Токло поднял нос из воды и увидел темный склон, отчетливо видневшийся за чайкой. Остров!
Повернув голову, Токло сипло заревел, надеясь, что Луса и Каллик его услышат и тоже увидят остров. |