— Да как же ты могла подумать на меня такое? Чистый крестик тот, чистый, мной заговорен для тебя перед иконами! — сквозь рыдания прохрипела Лора. — Зверь ты, Машка! Как таких земля носит! И чего мне дома не сиделось, нет, понесло вас проведать, на ночевку к себе позвать — тракторист-то вусмерть пьян!

Я недоуменно смотрела на нее, не понимая, почему она мне говорит про какие-то обыденные вещи. Почему не валяется в коленях, прося прощения.

— Ты уверена, что бабка виновна? — раздался голос Алекса.

— Да уже и не знаю, — растерянно отозвалась я.

«Такие крестики в церковной лавке продают по рублю штука, — виновато напомнил внутренний голос. — А идея с тремя узелками на эксклюзив вообще не тянет».

— Лора, в машину, — велела я. — Там разберемся. Пока останови кровь заговором. Если невиновна — подашь потом жалобу на меня в совет ведьм. Если же обманула — умрешь без покаяния.

— Не поеду я с тобой никуда, — стонала она.

Я молча подошла к ней, сгребла ее в охапку и кинула на заднее сидение.

— Никак не думала, что ты такая зверюга, — рыдала она.

— Да я и сама не подозревала об этом, — жестко ответила я, села в машину и поехала дальше.

Метров за сто от застрявших машин я остановилась.

— Алекс, дальше пешком, — посмотрела я на парня. — Катану держи наготове. Не боишься?

— У тебя точно в родне нет шизофреников? — бесстрастно осведомился он, покосившись на корчившуюся от боли Святошу.

— Сто процентов, — кивнула я. — Будь осторожен, видишь — дело нечисто?

— С чего ты так решила?

— В машинах осталось четыре человека. Смотри — их не видать, не слыхать, фары не горят.

— Спят, наверняка спят.

— Не верю, — покачала я головой. — Бабка Лукерья сроду бы около кладбища не заснула. Она его знаешь как боялась?

— Чего гадать? — пожал он плечами. — Пошли, посмотрим.

И мы, оставив раненую ведьму, вышли из машины. Я шла к Дэновскому бэтмобилю, и дурные предчувствия овладевали мною с новой силой. Дернула ручку, она легко подалась. В салоне никого не было.

Как и ожидалось.

Включив верхний свет, я тщательно осмотрела салон. Передние сидения были измазаны влажной землей.

«Кладбищенская», — подумала я и зажмурилась, пытаясь сдержать рыдания. Дэн не оставил бы свою обожаемую машину на дороге, без включенной сигнализации и с торчащими в замке зажигания ключами.

Все кончено.

Подошел Алекс и доложил:

— В машинах пусто.

Я лишь судорожно кивнула.

— Будешь реветь, или пойдем их поищем? — осведомился парень.

— Что? — посмотрела я на него безумными глазами.

— Их нет в машинах, значит, они где-то в другом месте, так? — спокойно сказал он. — И, возможно, им нужна помощь.

— Ты ничего не понимаешь, — каким-то чужим голосом сказала я. — Все, что им сейчас нужно — это услуги ритуального агентства. Они мертвы.

— Ты дура? — осведомился Тау.

Я вскинула на него гневные глаза. Как он смеет!

— Про кладбище какое-то разговор был, или я ослышался? Какого черта ты тут стоишь и стонешь? Действовать надо, время уходит!

Утерев злые слезы, я кивнула:

— Ты прав.