Почти минуту за столиком царило молчание. Потом Том криво улыбнулся.

    -  Я думаю, это интересно и филиалу, - коротко бросил он. - Как-никак - целых пять жуков. Статистика.

    Цолльнер пожал плечами:

    -  Каких жуков?

    -  Так. Просто вы почти процитировали кого-то из древних. Не помню точно, были такие авторы из русских, которые первыми моделировали такие вот ситуации. Еще до Империи. Господин Гед иногда тоже цитирует сие сочинение. Его настольная книга. Поинтересуйтесь. - Том решительно поставил бокал на стол, выпрямился, плотно вцепился в подлокотники кресла. - В таком случае вы можете передать в Центр, что в ближайшее время я буду искать Марику... госпожу Карои всеми доступными мне средствами. Отправляюсь прямо сейчас и отсюда. Что касается моей отчетности - главное я изложил вам в нашей... беседе. И в уже поданных отчетах. Вот, - он протянул связному карточку компьютерной памяти, - здесь - всяческие дополнения и уточнения. Вся рутина. От себя добавлю только одну просьбу.

    Цолльнер наклонил голову в знак внимания.

    -  Я прошу Центр и филиал не вмешиваться в мои действия еще хотя бы две недели. Больше времени не потребуется.

    Связник вздохнул:

    -  Я думаю, что больше его у нас с вами и нет.

    * * *

    Этот адрес Том поставил в конце довольно короткого маршрута, по которому пустили его Бог Поиска и Демон Пропавших - непременные персонажи пантеона пестрой веры, в ведении которых пребывала теперь монашка-расстрига Марика Карои - носительница Дара Второго рода. Адрес этот он поместил в конец списка друзей, знакомых и клиентов, с которыми Марика поддерживала контакты за эти странные десять лет, не потому, что считал его самым безнадежным. Нет. Скорее уж наоборот. Он и сам не понял сперва, почему поступил именно так. И только расплачиваясь с такси-автоматом, доставившим его сюда, на улицу Семи Грешников, он сообразил, что ему просто дьявольски не хочется иметь дело с Кристофером Локи - бывшим следователем третьей категории Федерального управления. И пока Том вытаскивал из щели расчетного терминала свою кредитную карточку и поднимался по ступенькам старого, набитого офисами и кабинетами под аренду «Сим-Хауса», он сообразил еще, что Крис Локи заведомо - еще до знакомства с ним - неприятен ему. Но не потому, что когда-то изменил Управлению, а потому, что ему самому - Тому Роббинсу - непременно предстоит где-то, в конце той странной игры, в которую он ввязался, стать таким же, если не худшим, изменником того дела, которое послало его сюда через половину Обитаемого Космоса. На кого он работает сейчас, для кого ищет Марику? Для Управления? Для того чтобы вытащить Кайла Васецки из странной, заключенной в кристалл Вселенной? Или - для Джея, для продолжения странной игры с Безумным Богом этого Мира?

    У самого входа в «Сим-Хаус» - это был под старину устроенный вестибюль с зеркального стекла вращающейся дверью-тамбуром - Том по-бойскаутски по отражению проверился, не присматривает ли за ним кто с людной улицы. Конечно, это было чистой воды мальчишеством - в век, когда камера с гелиопланера, парящего в незримой высоте, без труда читает лейбл на отвороте вашей рубашки и автоматически наведенный идентификатор за километры распознает вас по рисунку радужной оболочки. Но раза три за всю сравнительно недолгую его карьеру именно такие глупые трюки сыграли для него решающую роль. Но в этот раз ничего подозрительного не произошло. Как это и бывало почти всегда.

    «Невроз, - сказал он себе. - Обыкновенный невроз. Здорово меня успокоил этот Цолльнер. Как он там выразился: „Они не спускают с вас глаз.