Спайсер посмотрел на него с видом человека, который не может поверить своим ушам.

— Гемо… — повторил он. — Вы имеете в виду болезнь, которая у нас сейчас в городе? Это полнейшая ерунда! Вы в своем уме?

— Я считаю, что вы заразились геморрагической лихорадкой и выжили, — продолжал Стивен. — Затем вы вернулись домой и заразили свою любовницу, Энн Дэнби.

Спайсер побледнел и на секунду стал похож на загнанное в угол животное, а затем перешел в наступление.

— А, я понял! — с раздражением сказал он. — Вы один из тех лейбористских леваков, которые разрабатывают способы напасть на меня, чтобы предотвратить дальнейшее расстройство дел вашего министра.

— Я не левак и не «правак», — холодно сказал Стивен, — а также не либерал и не бесноватый идиот. Вы не увидите меня на избирательном участке, пока там не поставят ящик с надписью «никто из вышеперечисленных». Мой многолетний опыт научил меня не доверять политикам всех цветов и оттенков, мистер Спайсер. Ну что, продолжим?

— Данбар, я прослежу лично, чтобы вас…

— Поберегите дыхание, — прервал его Стивен. — Пустые угрозы меня не пугают. Предлагаю вам просто рассказать правду и тем самым сэкономить нам обоим уйму времени, если вы вообще способны говорить правду после семи лет работы в парламенте.

— Как вы смеете! — взревел Спайсер.

— Я смею, потому что знаю наверняка, что у вас была любовная связь с «этой женщиной, Дэнби», как у вас хватило наглости назвать ее несколько минут назад. Она была порядочной женщиной, по всеобщему признанию, но покончила жизнь самоубийством из-за такого дерьма, как вы.

— Я ничего не знаю о ней, — упорствовал Спайсер, стараясь взять себя в руки.

— Вы подарили ей томик сонетов Шекспира и сделали надпись на форзаце: «Моя любовь навсегда, В.».

— Мое имя Уильям.

— Вы предпочитаете, чтобы вас называли Виктор.

— Говорю вам, я не знаю эту женщину, — повторил Спайсер, багровея.

— Это был ваш почерк, я провел экспертизу, — солгал Стивен, чувствуя, что становится хозяином положения.

Кровь отлила от лица Спайсера, и он секунду сидел без движения, затем медленно наклонился вперед, положил руки на стол и опустил голову.

— Хорошо, — тихо сказал он. — Я знал Энн. Такое бывает. Я всего лишь человек, черт возьми.

Стивен не был готов к тому, что противник признает свое поражение.

— Мы встретились на какой-то дурацкой выставке, которую устроило ее начальство, тогда все и началось, — продолжал Спайсер. — Знаю, это было глупо, но, как я уже сказал, такое случается сплошь и рядом. Вы же не будете делать вид, что вокруг одни святые.

— И не подумаю, — бесстрастно сказал Стивен.

В дверь тихонько постучали. В следующую секунду в кабинет заглянула Матильда Спайсер и сказала:

— Мне очень неудобно прерывать вас, ребята, но… ты опоздаешь, дорогой.

Не поднимая глаз, Спайсер хрипло произнес:

— Матильда, будь добра, позвони этим телевизионщикам и скажи, что я приношу свои извинения, но сегодня приехать не смогу.

— Все в порядке? — встревоженно спросила она.

— В порядке, в порядке, я потом объясню.

Когда дверь закрылась, Спайсер сказал:

— Вы понимаете, что сделали с моей жизнью? Вы разрушили ее!

Стивен посмотрел на Спайсера как на экземпляр редкого насекомого.

— Моя единственная цель — выяснить источник вируса, — сказал он.