Этель Лодж посмотрела на свою дочь, сочувствуя ее горю, как может сочувствовать только мать.

— Я не верю ни одному слову, — сказала она. — Люди не совершают подобные поступки без предварительной подготовки. Питер же не давал тебе повода подозревать, что у вас что-то не так?

Карен покачала головой.

— Нет, — прошептала она, — совершенно ничего такого не было.

— Ну, и человек не может жить одной любовью, несмотря на то что утверждает песня. Тебе нужны деньги, еда, одежда и крыша над головой. Загляни в его гардероб, посмотри, что он взял с собой, затем позвони в банк и выясни, снимал ли он со счета деньги.

Карен с удивлением взглянула на свою мать, увидев в ней внутреннюю силу, о которой и не подозревала раньше.

— Ты любишь его, так ведь? — спросила Этель.

— Да.

— Значит, надо бороться, девочка.

Проверив гардероб мужа, Карен обнаружила, что большая часть одежды находилась на месте. Он взял только то, что собирался взять — «самый минимум», как он сказал, потому что «на полевой станции не на кого производить впечатление, кроме животных». Как только она вспомнила эти его слова, отчаяние охватило ее с новой силой. Может быть, одиночество и необходимость постоянно находиться в изоляции в Северном Уэльсе, где дни короткие, а ночи длинные, свело Питера и «как ее там» вместе? Но даже если это произошло, это наверняка было просто физическое влечение! Питер не стал бы бросать ее и Келли ради чего-то подобного… или стал бы?

— Что-то пропало? — спросила мать, когда Карен вернулась в гостиную.

— Ничего.

— Хорошо. Теперь звони в банк.

Карен послушно позвонила в банк и запросила баланс счета.

— Ничего не снято, — сообщила она матери.

— Допивай чай, — отозвалась Этель. — Он уже остыл.

Карен мелкими глотками допила чай.

Этель стояла у окна, глядя в залитый дождем сад.

— А ты знаешь эту женщину, Паттерсон? — спросила она.

— По-моему, я встречала ее однажды летом, на пикнике, куда ездила с Питером и его коллегами.

— Она в его вкусе?

— Ну, честно говоря, она показалась мне серой мышкой, типичный «синий чулок», в широкой длинной юбке и очках. Совсем не во вкусе Питера. Она с мужем собиралась в какое-то путешествие, понаблюдать за птицами. А Питер дрозда не отличит от страуса.

— То есть, она тоже замужем?

— Точно. Наверное, мне стоит позвонить ее мужу?

— Конечно, стоит, — кивнула Этель. — Будет интересно, если окажется, что он удивлен не меньше тебя.

Со второго этажа послышался детский плач.

— Ох, Келли, — пробормотала Карен, листая телефонную книгу. — Погоди секунду…

— Я поднимусь к ней, — сказала Этель. — Видимо, памперс переполнился.

Карен начала набирать номера телефонов на фамилию Паттерсон, какие нашла в телефонном справочнике.

На восьмом звонке расстроенный мужской голос сказал:

— К сожалению, Эми сейчас нет.

— Простите, вы муж Эми? — прямо спросила Карен.

— А кто это спрашивает?

— Карен Дойг, жена Питера. Я так понимаю, вам уже сообщили?

— Просто не могу в это поверить, — сказал Паттерсон.

— Вы не подозревали?

— Нет, совершенно.