Стивен секунду мрачно смотрел на нее, затем сказал:

— Это закончится, когда мы выявим источник, изолируем всех контактировавших и прервем распространение болезни, как и при любой другой вспышке инфекционного заболевания. Нужно верить, что нам это удастся.

Кэролайн медленно кивнула.

— Конечно, — сказала она. — Конечно… Господи, как я устала! Расскажите мне анекдот, Стивен. У меня такое ощущение, что я уже несколько недель не улыбалась.

— Знакомое ощущение, — кивнул Стивен.

— Давайте, расскажите анекдот.

Он на секунду задумался, потом начал:

— Сидит на камне маленький полярный медвежонок и смотрит, как мимо проплывают льдины. Внезапно он поднимает глаза на свою мать, сидящую рядом с ним, и спрашивает: «Мам, а я полярный медведь?» — «Конечно, ты полярный медведь», — отвечает его мать и ласково гладит по голове. Проходит еще некоторое время, и медвежонок снова спрашивает это и получает тот же ответ. Через некоторое время медвежонок снова задает этот вопрос. Его мать, потеряв терпение, отвечает: «Конечно, ты — полярный медведь! Я полярная медведица, твой папа — полярный медведь, твой брат — полярный медведь. Мы все — полярные медведи. Что за ерунду ты спрашиваешь?» — «Понимаешь, — вздыхает медвежонок, — просто я ужасно замерз!»

Лицо Кэролайн медленно растянулось в улыбке, а затем она расхохоталась. Она хохотала так долго, что Стивен забеспокоился, не истерика ли это. Однако анекдот просто послужил выпускным клапаном для всех ее накопившихся эмоций.

— О Господи, — сказала она, вытирая катившиеся по лицу слезы. — В точку, Данбар. Просто отлично!

— Рад был вам услужить, мэм, — улыбнулся Стивен. — Чем-нибудь еще могу помочь?

— Можешь налить нам обоим выпить, и пусть весь мир подождет хотя бы пару часов.

В гостиницу Стивен вернулся поздно, но нашел в себе силы скачать новую информацию, пришедшую ему на электронную почту из «Сай-Мед», и принялся ее изучать. Он отложил в сторону данные по Барклаю и остальным, и сосредоточился на новом «джокере». Сразу стало понятно, почему власти готовы были признать, что вирус возникает «из воздуха»: пациентка, сестра Мари Ксавьер, монахиня-бенедиктинка, жила в закрытом религиозном ордене, ориентированном на медитацию и самосозерцание. Сестры практически не контактировали с вешним миром, и служба здравоохранения установила, что Мари Ксавьер не покидала стен монастыря и не встречалась ни с кем из внешнего мира в течение последних семи месяцев.

Первоначальное удивление сменилось надеждой: Мари Ксавьер должна дать ключ к разгадке! Она монахиня, значит, не предполагалось никаких секретных любовников, случайных контактов с иностранцами, поездок за границу и никакой возможности контакта с дикими животными. Если ему удастся выяснить, как сестра Мари Ксавьер заразилась вирусом, он разгадает тайну всех остальных вспышек.

Из письма Стивен узнал, что заболевшая монахиня родилась в городе Эннискорти в республике Ирландия, и в возрасте четырех лет, осиротев, попала в монастырь. Сейчас ей было тридцать шесть, и последние одиннадцать лет она жила в закрытом ордене. Неделю назад она заболела, и когда ее состояние резко ухудшилось, вызвали врача, наблюдавшего сестер. Он сразу понял, в чем дело, и поднял тревогу. Службе здравоохранения редко попадаются такие случаи, когда настолько легко можно изолировать пациента и контактировавших с ним лиц. Монахини уже сделали это сами, поскольку таков был их образ жизни. Для работы с зараженным диагностическим материалом власти вызвали одну из шведских передвижных лабораторий, и она уже установила, что сестра Мари больна недавно выявленным новым филовирусом.