— Флетчер, мне надо бы кое-что сказать моей жене. Наедине. — Колин с непроницаемым выражением лица посмотрел на англичанина.

 Барт глянул на Мэгги.

 — Тебе решать, Мэгги.

 — Все будет хорошо, Барт. Подожди здесь, пожалуйста. — Она отняла у него свою руку в перчатке и неверной походкой двинулась к Колину.

 Он повернулся и зашагал по дороге, ожидая, пойдет ли она за ним, и боясь, что не пойдет. Когда же она двинулась за ним, он еще больше испугался.

 Глава 22

 Пройдя с дюжину ярдов, они оказались под прикрытием мескитовых деревьев.

 Мэгги остановилась, когда остановился он, но он так и застыл, не смея повернуться к ней лицом. Она смотрела в его широкую спину, удерживаясь, чтобы не коснуться его, но вместо этого, собрав все спокойствие, сказала:

 — Что тебе надо, Колин?

 Он обернулся по-кошачьи ловким движением.

 — А разве не ясно? Мне нужна моя жена.

 — Колин, я ведь тебе принесу только несчастья. Уже принесла. — Слезы отречения наполнили ее глаза, грозя перерасти в настоящий поток.

 — Нет. Это я приношу тебе несчастье — тем, что упрекал тебя твоим прошлым, пытался упрекать в грехах давно забытых. Ты не шлюха, Мэгги. Ты такая же, как Иден. И уж я меньше, чем кто-либо из людей, имел право обвинять тебя. Разве ты не понимаешь, что благородство у тебя в крови? Пенс Баркер шантажировал меня не твоим прошлым. Он угрожал мне моим собственным.

 — Я… я не понимаю.

 Он снял шляпу, бросил ее на камень и прошелся, вцепившись пальцами в волосы.

 — Когда я впервые сошел на землю этой страны, без пенни в кармане, в одиночестве, мне было семнадцать лет. — Он посмотрел на нее и грустно усмехнулся. — Странное совпадение, не правда ли? Идеи тоже было семнадцать.

 — Как и мне, когда я совершила мою ошибку, — тихо сказала она. — За мной ухаживал человек, подобный Джуду Ласло. Он уговорил меня бежать. Когда же я забеременела, а деньги, которые он украл у моего отца, закончились, он… он стал скверно со мной обращаться. Я ушла от него, — мне надо было защитить будущего ребенка.

 Удар молотом по сердцу не показался бы ему больнее. Он хотел ее обнять, но не решался… пока.

 — А что же случилось с ребенком?

 — Он умер при родах. — Она прерывисто вздохнула. — Я заболела, оставшись в одиночестве, в тысяче миль от Бостона. И трудно было надеяться, что отец простит меня, как ты простил Иден. Ну, а женщина, которая меня приютила, заправляла борделем… Когда я поправилась, мои обязанности как счетовода вынуждены были расшириться. — Встретившись с его взглядом, она гордо вскинула голову. — Но я покончила с этим сразу же, как только смогла.

 — И не позволяла ни одному мужчине дотронуться до тебя, пока не появился я, — Он печально улыбнулся. — Не везло тебе с мужчинами. Вот я взял и бросил самое бесценное для меня сокровище на земле. Может быть, из лицемерия, может, из чувства собственной вины — я был слишком горд, чтобы признать, как я люблю тебя.

 Она застыла.