Глаза Кирилла без линз оказались светло-коричневыми, с лучиками расплавленного золота. Такие глаза могли согреть теплом, словно два маленьких солнца. Но сейчас они обжигали.

Воздух в комнате стал тяжелым, густым и горячим. Таким горячим, что девушке захотелось сорвать с себя блузку, распахнуть окно и впустить сюда хоть каплю прохлады.

Но она только медленно отступала под напором Кирилла, пока не наткнулась спиной на стену.

— Ну, давай же, скажи. Ты же знаешь, что тогда происходит?

Расширившимися глазами Лика смотрела, как его лицо приближается к ней. Наклоняется. Становится ближе и ближе. Заслоняет весь мир.

Не выдержав, она закрыла глаза.

Чужое дыхание коснулось ее губ, заставив их приоткрыться. Сердце забилось сильнее, мысли вспорхнули, как глупые бабочки, и разлетелись. Кровь зашумела в ушах. Тело вытянулось струной и застыло в ожидании поцелуя.

Казалось, он неизбежен…

* * *

Губы Лики были так близко.

Такие доступные.

Слегка приоткрытые, влажные, они так и манили прижаться к ним. Проверить, так ли они нежны, как ему показалось утром. Снова почувствовать этот сладкий природный вкус…

Вкус своей пары.

И опять с головой рухнуть в пропасть.

Нет, этого он не мог себе больше позволить. Хватит. Для того, что задумано, ему нужна ясная голова.

— Черт! — пробормотал Кирилл, с трудом отступая от Лики. — Почему здесь так душно?

Отшатнувшись, он прошел к окну и дернул за створку. Окно распахнулось настежь. В комнату тут же ворвался влажный воздух, пахнущий морской солью и раскаленным песком. Мазнул по лицу девушки, заставив ее изумленно раскрыть глаза. Дрожа, она непослушными пальцами стянула ворот блузки на шее.

Вер…

Он действительно вер.

Такие зрачки невозможно подделать. Она видела, как они сузились, когда он наклонился к ней.

Но то, что он сказал…

Это признание? Или уловка, чтобы снова смутить ее?

Она нервно огляделась.

Кирилл стоял к ней спиной, упираясь руками в подоконник, и его плечи под тонкой рубашкой были напряжены. Стиснув зубы, он смотрел туда, где за верхушками пальм виднелась сине-зеленая гладь океана, по которой скользили, будто чайки, белые паруса.

— «Пара — это лицо противоположного пола, обладающее уникальным набором феромонов, которые вызывают бесконтрольное половое влечение у конкретного вера», — раздался за его спиной шепот Лики.

Она повторяла заученную фразу. Определение, которое люди дали феноменальной способности веров отыскивать свою половинку по запаху.

— Ты когда-нибудь своими глазами видела вера, нашедшего пару?

— Эм-м-м… — этот вопрос заставил ее растеряться. — Да, сегодня. Тот вер на базе…

Кирилл ее оборвал:

— И как он выглядит?

— Счастливым.

Это слово вырвалось из нее быстрее, чем она смогла осознать, что говорит. И оно было абсолютной истиной.

Кирилл усмехнулся, не оборачиваясь.

Значит, Каховский счастлив. Несмотря на жизнь под прицелом камер, несмотря на постоянный контроль. И он не захочет потерять это счастье. Он будет бороться. В этом Кирилл был уверен.

Обернувшись к Лике, он взглянул на нее в упор.

— А ты? Ты счастлива?

Лика растерянно моргнула.

— В смысле?

— Ты говорила, что работа на базе — твоя мечта.

— Да…

Лика нервничала. Она понимала, что надо уйти, пока все не зашло слишком далеко.