Затем задняя дверь таверны открылась. Пахнуло жаром и дымом. Шум зала на мгновение заглушил смех. Кто-то вышел во двор, на ходу расстегивая ширинку.

Это был уже знакомый мне пьяница. Он встал, расставив ноги и явно собираясь оросить стену таверны, однако в последний момент обернулся через плечо.

– У вас все в порядке? – хрипло спросил он, мотнув головой в сторону громил и Посредника, и тут же вернулся к расстегиванию ширинки.

– Нет, месье… – успела произнести я, и тотчас же первый громила схватил меня, зажав рот.

Я вырывалась, пыталась кусаться, однако все было напрасно. Посредник взирал на нас с высоты кучерского сиденья. Я распласталась на земле, рука первого громилы сдавливала мне рот. Пьяница до сих пор возился со своей ширинкой. Второй громила, задрав голову, ждал распоряжений своего командира. Посредник выразительно провел пальцем по горлу.

Мои попытки вырваться стали еще неистовее. Я кричала прямо в руку громилы, сдавливающую мне рот, я билась о его колени и локти, но не чувствовала боли. Я извивалась ужом, надеясь каким-то чудом вырваться из мертвой хватки или хотя бы наделать достаточно шума и привлечь внимание пьяницы.

Глянув в сторону выезда со двора, второй громила бесшумно вытащил меч и стал подбираться к ничего не подозревающему пьянице. Крестьянская девчонка робко выглядывала из дверцы. «Да крикни же, предупреди его!» – хотелось заорать мне, но мои губы были плотно сжаты. Оставалось лишь скрежетать зубами и пытаться укусить потную ладонь громилы. Блондинка глянула в мою сторону, и на мгновение наши взгляды встретились. Я попыталась подать ей сигнал: лихорадочно моргала и косила глазами в сторону пьянчуги. Тот был поглощен штанами, не догадываясь, что смерть совсем рядом.

Напрасно я рассчитывала на ее помощь. Девчонка была сильно напугана. Страх сдавил ей горло и обездвижил. Еще мгновение, и пьяница будет убит. Громилы затолкают меня в карету и повезут нас обеих к какому-нибудь кораблю, а потом… Словом, в тот момент я уже начинала жалеть, что не осталась в школе.

Громила поднял меч, и вдруг… Пьяница резко повернулся. Я и подумать не могла, что он повернется с такой быстротой. У него в руках сверкнул подарок моей матери, которому было суждено впервые отведать крови. Пьяница полоснул мечом по горлу громилы, и воздух двора наполнился ярко-красным туманом.

На мгновение все замерло. Единственным звуком было бульканье крови, стремительно вытекающей из располосованного горла. Затем, взревев от гнева и желания отомстить, первый громила убрал колено с моей шеи и кинулся к пьянице.

Я было поверила, что этот человек лишь выдавал себя за выпивоху. Ему, прекрасно умеющему владеть оружием, зачем-то понадобилось прикидываться пьяным. Но нет: он действительно не был трезв. Он раскачивался из стороны в сторону, пытаясь сосредоточиться на приближающемся громиле. Вероятно, этот человек и в самом деле прекрасно владел оружием, но сейчас воплотить эти умения в жизнь почти не представлялось возможным. Разъяренный громила атаковал своего противника, размахивая мечом. Движения пьяницы не отличались изяществом, однако ему довольно легко удалось увернуться от удара громилы и самому напасть слева, ранив противника в руку. Тот вскрикнул от боли.

– Н-но! – послышалось сверху.

Я вскинула голову. Посредник тронул поводья. Для него сражение кончилось, а уезжать с пустыми руками явно не входило в его планы. Карета покатилась к выезду, хлопая незакрытой дверцей, как крылом. Я вскочила на ноги и бросилась следом, нагнав карету возле узкой арки.

У меня был всего один шанс. Одно мгновение.

– Хватайся за мою руку! – крикнула я девчонке.

Слава богу, на этот раз ей достало решимости. Глядя отчаянными, испуганными глазами, она не то закричала, не то замычала, после чего метнулась к дверце и уцепилась за протянутую руку.