Мэлоун снова замолчал. Я терпеливо ждал продолжения.

– Когда поползли эти облака, все заметили, что влияют они лишь на тех, кто оказывался на улице. Никто из сидящих по домам, в офисах или машинах не засыпал.

– Так кто же виноват в этих газовых атаках? – не выдержал я. – И почему они только на улицах действовали?

– Вот первое, что ты спросил, и есть самый интересный и правильный вопрос на сегодня. Наши химики сразу определили, что это. Оказалось – газообразное соединение углерода, азота, серы и фтора. Формулу не помню, не суть. Малоактивный газ, в пять раз тяжелее воздуха. С сильными психотропными свойствами. Все его так потом и называли – тяжёлый газ. В помещениях газ не действовал, сам понимаешь. Вентиляция забирает воздух с высоты крыш, а газ стелется по земле. Потом собирались за Свободную территорию взяться, но не успели ещё. Сам, что ли, не догадался? – с раздражением спросил Мэлоун.

– Теперь понял, – признал я. – Администрация Города решила одним махом покончить с уличными бандами. Поскольку те выходят лишь по ночам, применили этот газ. Хотели усыпить, а потом собрать спящих. Но что-то пошло не так. Скажите, что я ошибся.

– Не ошибся, – проворчал Мэлоун, выдёргивая виртокна одно за другим, а потом с раздражением захлопывая их. – Так и есть. Считалось, что тяжёлый газ практически нетоксичен. Никто и не предполагал, что, смешавшись с уличным смогом, где и так полно всякой дряни, он даст такой эффект. Попавшие под такую уличную смесь сначала предсказуемо засыпали, а потом просыпались невменяемыми. Я всё это видел своими глазами и могу тебе сказать, что здесь было. Как на картине сумасшедшего художника. Всё случилось так быстро и так неожиданно, что никто не успел даже сообразить, что происходит. Теперь Администрация не знает, что делать и как выкрутиться.

– А блэкаут откуда?

– Это не блэкаут. Электроэнергию сознательно вырубили. Энергетики порекомендовали быть готовыми к самому пессимистичному развитию событий, то есть к полному отключению электричества. Кому-то в Администрации Города взбрело в голову, что так можно разобраться с некоторыми проблемами.

– А можно? Разобрались?

– Нет, конечно. Зато это помогло тебе уйти из камеры. Ведь что получилось. Когда ты вывел из строя капитана Кивза, охранники и весь алгоритм твоего заключения продолжали действовать автономно. Думаешь, там люди были? Там остались имплантированные дебилы, фактически – биороботы, которые, не получив приказа от Кивза, продолжали работать по заложенной программе. После отключения электричества всё вырубилось.

– Да, но вы-то сами не могли меня вытащить?

– А как? Эти его слуги с имплантированными нейрочипами полного подчинения повиновались только ему. Меня бы просто разорвали в клочья, стоило мне там появиться. Это была операция Кивза, а сам он выбыл из строя почти на месяц. По твоей милости. Зато, как только его привели в себя, он тут же тебя выпустил. Причём лично.

– Как это?

– Тот человек с тростью, о котором ты рассказывал, – это и был капитан Кивз.

– Фигасе накручено. Но там присутствовал ещё один человек кроме Кивза с тростью. Я его совсем не смог рассмотреть, даже рост. Он всё время в темноте держался, а потом куда-то свалил. Только тень промелькнула. А голос… голос легко изменяется.

– Вот про этого ничего не знаю. Может, Кивз кого-то с собой приволок? Потом у него самого спросим.

– Ещё непонятно, почему прошло несколько газовых атак, если уже после первой…

– То, что произошло после первой, никого сначала не впечатлило. После второй – тоже. Имелся приказ, и исполнители его тупо выполняли. Вот только потом, когда случилось то, что случилось, атаки прекратились. Зато появились другие заботы, поскольку на этих зомби тяжёлый газ дальнейшего действия уже не оказывал.