– Ну, я-то это уже понял, только что толку? Кстати, вы сами тут уже давно, на этой Свободной территории. Я-то для чего шефу здесь понадобился?

– А вот не знаю! – резко отреагировал Мэлоун. – Могу лишь догадываться. Возможно, Скиннер хотел получить твоё независимое мнение, возможно, перестал мне доверять, возможно, его кто-то сильно попросил. Не знаю!

– Так, может, я вам тут уже и не очень-то нужен, и я пойду домой спать?

Мэлоун на секунду задумался, но потом решительно покачал головой:

– Нет, ещё не время. Да, твои апартаменты всё ещё за тобой числятся. Официально – ты поправляешься после осложнений при установке имплантов.

– Ну и на хрена я вам сейчас здесь, сэр?

Сэр вздохнул и почесал затылок.

– Я тебя не отпущу, пока не скажешь, зачем тебе Джо.

– Ну как – зачем… Для этого… с ней очень приятно и хорошо.

Мэлоун скривился. Ему явно сделалось неловко. Ему? Этому прожжённому типу? Не верится что-то. Странно. Он что, почувствовал себя глупо, когда из-за него кто-то вынужден оправдываться? Нет, не верю.

– Ладно. Но что ты там нашёл в ней такого особенного? – спросил он.

Я пожал плечами.

– Да ничего. Просто история у неё интересная.

– Какая? – с любопытством спросил Мэлоун, но я лишь покачал головой.

– Неважно, сама расскажет. Если захочет, конечно. Так я пойду?

Мэлоун ничего не ответил. Он сидел в кресле, не отпускал меня и по-прежнему смотрел на виртуальные экраны. Пошли картинки с камер наблюдения в подвале, где располагались технические помещения, не представлявшие сейчас особого интереса на мой взгляд. Как ещё раньше поведала мне Джо, Мэлоун установил там видеонаблюдение сам, а потом ещё добавил несколько новых камер при входе туда. Зачем это ему вдруг понадобилось? Вопрос. В подвал вела дверь с биометрическим замком с расширенными функциями. Случайный человек попасть туда просто не мог. Замок определял нервное состояние человека и его адекватность, обмануть систему не представлялось возможным. Это оказалось собственное изобретение Мэлоуна, придуманное ещё во времена его работы в службе безопасности. Именно тогда его посетила удачная мысль: если все замки сделать биометрическими, то появится ещё одна возможность отследить каждый шаг любого человека без помощи видеонаблюдения. Сделали. Система работала как часы. Зачем сейчас её понадобилось усиливать, я не понял. Все замки и так были подключены к единой сети, которая в случае несанкционированного проникновения предупреждала хозяина. Камер тут тоже хватало, и это не казалось лишним, ведь хозяин здесь не один.

Мэлоун всмотрелся в экран, лицо его как будто окаменело, после чего спросил:

– Ничего сейчас не заметил?

Я покачал головой.

– Нет. А что там?

Всё случилось так быстро, что он едва успел среагировать. На экране двигались две знакомые фигуры, они неторопливо шли по подвальному коридору. Мэлоун вскочил и выключил видео.

«Теперь им вообще не до нас», – подумал я и тут же пожалел о своей догадке.

– Я не могу связаться с диспетчерами, – сказал Мэлоун. – Они не отвечают.

Он взял коммуникатор, набрал какой-то код, потом – другой и уставился на меня. На экране появился человек в форме охранника и с оружием, который двигался как зомби. Он шёл к лифту. Я видел такое оружие на Чёрном Рынке. Эта штука стреляла управляемыми ракетами и могла сбить что угодно. А в помещении – страшно даже подумать о последствиях. Мэлоун посмотрел на экран. Человек подошёл к лифту, нажал на кнопку.