Нахмурившись и отвернувшись в сторону, Натан спросил:

— Вы платите ей больше, чем она может заработать в городе?

— Без диплома у нее вряд ли широкий выбор, и я рада, что могу ей помочь.

Натан невольно задавался вопросом, нет ли какой-то связи между тем, что Тутти бросила учебу, и тем, что Престон хочет жениться на ней немедленно. Может, в этом и впрямь назрела необходимость? Не ждет ли Тутти от него ребенка? Но у Меган об этом не спросишь. Как, впрочем, и у Престона.

Вскоре Натан подъехал к засыпанной гравием площадке для парковки машин и выключил мотор. Меган облегченно вздохнула. Ей казалось, что у нее всю душу вытрясет за дорогу. Пожалуй, многие предпочли бы тащиться пешком, чем испытывать сомнительное удовольствие, болтаясь в этой жестяной коробке, словно бобы в консервной банке.

— Вы собираетесь привезти корову домой в этом огромном фургоне? — осведомилась Меган, кивнув в сторону трейлера, прицепленного к грузовику.

— Не корову — быка. Если цена будет подходящая.

— Ах вот как, быка, — пробормотала Меган, когда Натан помог ей спуститься на землю.

По дороге к главному зданию они проходили мимо огороженных участков, которые Натан называл загонами, где сотни парнокопытных натужно ревели, возмущаясь тем, что их заставляют терпеть такую давку. Меган старалась не подавать виду, что всерьез опасается, как бы кто-нибудь из рогатых не вырвался на волю. Рога всегда страшно пугали ее, но она ни за что бы не показала свой страх Натану.

Натан провел ее к большому зданию. Над дверью красовалась табличка «Ресторан», повыше еще одна — «Помещение аукциона». Они вошли внутрь. Натан закрыл за Меган дверь. Здесь было чуть потише, но рев животных проникал и сюда.

— Живая музыка, — сквозь зубы пробормотала Меган. — Эти несчастные коровы все время будут блеять?

Она огляделась, удивленная современной обстановкой помещения.

— Блеют овцы, — сказал Натан, беря ее под руку. — Коровы мычат или ревут.

Мимо них протиснулись трое молодых людей в ковбойских шляпах, окинув Меган оценивающим взглядом.

— А что делают быки?

— Фыркают.

— Давай, Кинкейд, просвети ее, — произнес один из парней; двое других засмеялись.

— Привет, Баден, — сказал Натан, вежливо кивнув.

Прямо перед ними, на большой черной доске, укрепленной на стенде, мелом был расписан порядок аукциона. За стендом располагалась стеклянная дверь в другое помещение. Там, за стеклом, три женщины работали за компьютерами.

— Как они могут работать в таком шуме? — спросила Меган как раз в тот момент, когда мужчина, которого звали Баден, вышел, толкнув ее плечом так, что она была вынуждена прижаться к Натану.

— Ой, случайно вышло! — нахально ухмыляясь, проронил Баден и бросил на Кинкейда взгляд через плечо.

Натан крепче сжал ее руку. Меган нахмурилась. Что же тут происходит?

— Пойдем, — сказал Натан, провожая ее к двери, расположенной за стендом с доской, и далее, мимо возвышения с рабочими местами операторов в другое помещение, напомнившее Меган небольшой театр. — Вот где, собственно, и будет проходить аукцион, — пояснил он.

Деревянные скамьи на бетонном основании поднимались амфитеатром за площадкой, похожей на сцену, с тем лишь отличием, что сцена имела ограждение. Пониже сцены находился огороженный участок со стойкой, за которой сидели несколько мужчин.