— Последнее определенно относится к Трентону. — Ариана вопросительно посмотрела на Терезу. — Меня очень беспокоит, что первое применимо к Бакстеру.

— Твой брат действительно жадный человек. Если богатство будет в пределах его досягаемости, он отбросит все колебания прочь.

— Как ты думаешь, за доставкой книги и странным происшествием на берегу стоит он?

Тереза пристально смотрела на свои сложенные руки.

— У него есть и повод и ненависть, но ему не хватает хитрости и смелости.

— Я думаю точно так же. И все же… — Ариана в замешательстве покачала головой. — Меня мучает подозрение, что раскаяние Бакстера подоспело слишком вовремя, чтобы быть всего лишь случайным совпадением.

— Снова твоя интуиция, лапочка. Прислушивайся к ней повнимательнее.

— Но возможное участие Бакстера не помогает решить другой важный вопрос — кто играет роль Ванессы?

— А теперь нам стоит вернуться к моей точке зрения на видимое.

— К твоей точке зрения на видимое? — Ариана совершенно растерялась. — Но какое она имеет отношение ко всему происходящему?

— Потому что, как я уже говорила, видимое меняется в зависимости от точки зрения и часто реальность отличается от того, что кажется.

— Ты хочешь сказать, что самозванка, выдающая себя за Ванессу, совсем не та, кем кажется?

— Вот именно. — С этими словами Тереза отвернулась и посмотрела в окно, ясно давая понять, что тема исчерпана. — Подумай об этом, дорогая, — посоветовала она. — Подумай как следует.

— Ты знаешь, кто эта женщина?

— Я только знаю, что в ней таится угроза рассудку твоего мужа и что она представляет собой опасность, — ответила Тереза. — Остальное все еще в тени… в тени, но ты должна снять покров.

В Броддингтоне царила тишина.

Задумчиво глядя в окно, Трентон размышлял о том, почему он выбрал гостиную для того, чтобы предаться размышлениям. За исключением своего недавнего визита сюда несколько дней назад, он обычно не отваживался вторгаться во владения отца.

Ответ был прост — здесь он ощущал, что находится ближе к истине.

Сцепив руки за спиной, Трентон смотрел в послеполуденное небо, желая, чтобы время пролетело как можно скорее и Ариана благополучно вернулась домой. Имея на то основания или помимо них, но он чувствовал ужасное беспокойство по поводу ее встречи с Бакстером. Она действительно прожила с этим человеком восемнадцать лет, и за все это время он не причинил ей никакого вреда. Но то было до того, как она стала женой Трентона и полюбила врага своего брата. До того, как Трентон влюбился в нее.

Трентон тщательно взвешивал намерения Бакстера. Наверное, он строит какой-то зловещий заговор, чтобы растоптать его, Трентона. Планирует ли он использовать Ариану как невольную соучастницу? Если так, сумеет ли Ариана разгадать его замысел? Она такая чертовски доверчивая и наивная. Настолько непохожая на Ванессу.

Трентон принялся нервно бродить по комнате, мысли о Ванессе теснилась в его мозгу. В одном он не мог обвинить Бакстера — в явлении Ванессы тогда ночью на реке. Может, Бакстер заплатил кому-то, чтобы сыграли ее роль? Возможно ли такое? Мог ли кто-то иметь такое разительное сходство с той тварью, разрушившей жизнь Трентона?

И самый страшный вопрос: был ли вообще кто-либо на реке в ту ночь или Трентон просто терял рассудок?

Пот проступил на лбу Трентона, и он поспешно вышел из гостиной, призраки прошлого оказались слишком могущественными, чтобы им противостоять. Он постоял в коридоре, прерывисто дыша, радуясь тому, что поблизости нет никого, кто стал бы свидетелем нехарактерной для него потери самообладания.