— Отель «Ройдс».

— Добро. Половина приезжих там останавливается. Какие-нибудь особые предпочтения?

— Нет-нет, — замотал головой я, — только стандарт и классика.

— А само производство будешь осматривать? — поднял брови Гарс.

— Этого не избежать, к сожалению. А то командировку не оплатят. Чем быстрее отделаюсь, тем лучше.

— Как насчёт сейчас?

— А давай, — согласился я.

Мы прошли к лифтовому холлу, спустились куда-то вниз, явно ниже первого этажа и стоянки машин. Потом долго шли по ярко освещённому коридору, пару раз сворачивали, миновали пункт бдительной охраны, толстую блестящую металлическую дверь, как в бомбоубежище, и наконец попали в небольшое помещение, где пришлось надеть лёгкий герметичный скафандр.

Далее мы прошли в обширный зал. Здесь стояли ряды биореакторов, около которых неторопливо прохаживались люди в таких же, как у нас, скафандрах.

Я никогда прежде не видел промышленные биореакторы. Только мелкие, экспериментальные. Как работают эти установки, понятия не имел. Только общие факты. Всегда полагал, что в соответствующую среду помещают оплодотворённую яйцеклетку, зиготу, а уже потом она развивается и вырастает в организм того или иного возраста и облика. В соответствии с заказом.

В реальности всё обстояло не так. Происходило всё это в прозрачных стеклянных пузырях футов семь в высоту и фута четыре в ширину. В полупрозрачной жидкости проглядывали очертания человеческих фигур. Я подошёл к одному из пузырей. Тело — явно женское, но без кожи.

— Заканчивается рост мышц, — пояснил Гарс. Его голос звучал глухо из-за шлема на голове.

— И когда такая красотка будет готова?

— А ты не знаешь?

— Я вообще-то технарь. Моя область — защита информации, — почти не соврал я. Именно этим пришлось заниматься до своего появления в данном мире, и такая специальность прописана у меня в дипломе.

— Оно и видно, — с лёгким презрением произнёс Гарс. — Эта поспеет дней через пятнадцать. Примерно тогда закончится рост кожных покровов. У тех остальных — тоже. Организм выращивается сразу в нужных форме, размере и объёме. Сначала скелет, потом основные органы, затем мускулатура и в заключение кожные покровы.

— А им это не больно… так? Без кожи?

— Нет, конечно. Сейчас они ничего не чувствуют. Запуск сознания происходит потом, уже после вылупления. Тогда же, когда заливка в память всех нужных данных и сведений. Ну, как обычно.

— А это кто? — я показал на такой же по виду реактор, только совершенно прозрачный. В середине стеклянного пузыря неподвижно парило обнажённое женское тело. Только здесь с кожей всё было в порядке. Разве что сама кожа имела приятный зелёный цвет.

— Образец готовой продукции. Средний стандарт.

Лицо этого образца ничем не отличалось от физиономии той зелёной девушки, за которой я безуспешно гонялся в Городе.

Дальше мы ещё что-то смотрели, но это было уже не так интересно.

Потом я со скучающим видом объявил, что устал, на сегодня программа закончена и я хочу пройтись по набережной. Гарс собрался сопровождать. Но я попросил составить компанию на вечер и показать особенно интересные места. Он опять криво усмехнулся и кивнул. Мне же удалось отвертеться, и вместо набережной я вызвал такси. Назвал адрес отеля. Уже по дороге «передумал» и поехал на вокзал. Бросил в отеле багаж и всё личное барахло. Прямо так, как был, вернулся в свой Город.

Сразу из офиса отправил шефу короткий отчёт, что сочинил ещё в поезде. Буквально через пару минут поступило указание немедленно прибыть в начальственный кабинет.