— Вы сейчас хорошо соображаете? — прямо с порога возмутился шеф. Он, судя по выражению лица, был зол как чёрт. Таким я его никогда ещё не видел. В руке он держал какую-то распечатку. — Это что?

— А что это? Отсюда не видно.

— Отчёт ваш. Вернее, то, что вы мне прислали вместо отчёта. Вы вообще-то здоровы? Как себя чувствуете?

А написал я следующее:

Отчёт о промежуточных результатах расследования по делу № 564.987

Глубокоуважаемый сэр Скиннер!

По заданию я осуществил поездку в Бочиан-Сити, о чём имею честь доложить.

Вечернее солнце медленно погружалось за горизонт, когда я ступил на обширный вокзал киберпанковского мегаполиса. С шумом и треском прибыл вакуумный поезд, его высокие стеклянные двери открывались, пропуская пассажиров внутрь. Смешанное чувство азарта и опасения охватило меня, когда я вошёл в поезд, направляющийся к центру киберпанковского мегаполиса.

Через короткое время поезд прибыл в место назначения, где меня встретил огромный терминал, будоражащий мою фантазию. Город распростёрся передо мной, как огромный клубок из металла, стекла и высоких биоинженерных конструкций.

Несколько десятков минут спустя я уже находился в уютном отеле, где планировал провести всю недолгую ночь. После короткого отдыха я отправился в офис компании «Эксгрегум», где мне предстояло выполнить задание по изучению их новейшей разработки.

Меня пустили внутрь, и я начал осматривать помещения, заполняя карманный блокнот записями и наблюдениями. Я там наткнулся на установку, которую учёные компании скрывали от посторонних глаз. Это оказался смонтированный ряд модифицированных биореакторов, вовсю используемых для производства уникальных объектов.

Когда я начал делать видеозапись, сработала тревога. Сигналы звучали изо всех уголков. Сердце забилось чаще, и мне пришлось бежать, несмотря на потерю всех собранных данных.

С трудом я выбрался из глубин компании «Эксгрегум» и вернулся к отелю, полный недоумения и волнения от произошедшего. Моя поездка в киберпанковский мегаполис закончилась не так, как я ожидал, но опыт был незабываемым и увлекательным.

— Это что, я спрашиваю? — продолжал наседать сэр Скиннер. — Что значит: «опыт был незабываемым и увлекательным?» Что такое: «сердце забилось чаще, и мне пришлось бежать, несмотря на потерю всех собранных данных»? Вы издеваетесь?

— Никак нет, сэр. Вы же просили краткий отчёт, — удивился я.

— Скажите: кто из нас двоих тупой?

— Все у нас в отделе хорошо знают, что вы не берёте на работу тупых сотрудников, сэр.

Тут я подумал, что сейчас шеф будет меня увольнять. Причём с позором. Но ошибся.

— Это что угодно, только не отчёт. — Сэр Скиннер явно решил пропустить мимо ушей мою колкость. — Какое-то надругательство. Я давно заметил, что у вас, Тим, развиваются привычки вашего бывшего наставника. Причём самые скверные. В частности, вы приобрели обычай как-то по-особенному унижать руководство.

— Вы ошибаетесь, сэр.

— Не думаю, что ошибаюсь. В общем, так. Этого я не видел. — Скиннер уничтожил распечатку. — Идите и готовьте нормальный отчёт. Причём делайте это сами, без помощи искусственного интеллекта. С некоторых пор я ему не доверяю. До вечера у вас есть время. В противном случае вам не оплатят командировку, а я объявлю выговор со штрафом.

Почти три часа я мучился, но текст был готов.

— Вот теперь годится, — удовлетворённо объявил шеф, когда прочитал новую мою писанину. — С оговорками можно принять. Это пойдёт в официальный архив. А теперь рассказывайте.

— Что рассказывать, сэр?

— Всё, что не вошло в этот отчёт.