|
В-третьих, зловещим шуткам президента Рузвельта об имперских амбициях Черчилля, который дрожал за британские колонии, пришел конец; теперь Америке надо было защищать завоеванные в мире позиции, как бы эта борьба ни называлась - имперской, гегемонистской, агрессивной - неважно; все то, что принадлежало раньше Англии и Франции, должно контролироваться Соединенными Штатами, ибо лишь их мощь сможет удержать эти территории в орбите Запада. И наконец, в-четвертых, он понимал, что создавшийся в период битвы против Гитлера военно-промышленный комплекс нуждается в том мобильном инструменте, который сможет не только давать продуманные рекомендации по оптимальному вложению капиталов в мире, но и защищать эти вложения так, как это не мог делать Отдел стратегических служб, каждое действие которого (в той или иной мере, естественно) контролировалось, обсуждалось и санкционировалось тремя равноправными штабами - сухопутным, морским и военно-воздушным, а ведь за каждым из этих штабов стояли совершенно определенные корпорации, и что было угодно "Тексасу", ставившему на флот, то совершенно не устраивало "Диллона", который традиционно поддерживал сухопутные (особенно десантные) войска. - А все-таки, как ты предполагаешь поступить, если ОСС действительно перестанет существовать? - спросил Даллес-старший. - Знаешь историю про то, как осел попал на необитаемый остров? - пыхнув трубкой, спросил Аллен. - Нет. - Не обидишься? - Мы же уговорились никогда друг на друга не обижаться; сердиться - да, но обижаться - нет; обидчивость - родимое пятно тугодумной малоподвижности... - Хорошо... Итак, осел оказался на необитаемом острове, где нет ни пресной воды, ни тени, ни еды. Проходит день, второй, ситуация совершенно безнадежная, осел обошел весь остров, бил копытом песок в поисках воды или кореньев - ничего, пусто. И ни паруса на водной глади, ни геликоптера в небе. Что надо было предпринять ослу, чтобы спастись? Джон пожал плечами: - Может, рядом был какой-нибудь островок с водой и травами? - Был. В ста метрах. Но ведь осел не умел плавать. Как быть? - Не знаю, - ответил Джон Фостер. - Право, не знаю. - Вот видишь, - Аллен вздохнул. - И осел не знал. Джон отвалился на спинку стула, рассмеялся, пообещал: - Я попробую рассказать эту историю президенту. Хотя ему нельзя, он обидится... - Да уж, ему этого рассказывать не следует. Мыслительный аппарат нашего избранника весьма заторможен. Должен признаться, что именно я в значительной степени способствовал появлению идеи о роспуске ОСС, мой мудрый и добрый брат. - Опасаешься, что помощнику никогда не стать шефом предприятия? - И это тоже... Но - лишь в какой-то степени... Я бы даже сказал, что в незначительной. |
