– Николаич, ты его спроси, может, он поохотиться желает, мы его мигом доставим на вертолете в любую точку, – предлагал один чиновник.

    – А то рыбалку устроим, с отличной сауной, – вставлял другой.

    Один из главных экологов мира, мистер Бэр, к их несчастью, оказался вегетарианцем, и для него пришлось быстро отправлять шофера в ближайший ресторан за салатом витаминным, брусникой с сахаром и чем-то еще.

    В ответ на все соблазнительные предложения он вежливо улыбался, благодарил и обещал подумать.

    После пятого или шестого возлияния Бэр заметно заскучал, особенно когда один из чиновников принялся рассказывать анекдоты про эстонцев и чукчей.

    – Ты ему скажи, – пьяно кричал через стол чиновник, тыкая вилкой в блюдо с нарезанной колбасой, – вот эту колбасу он может есть смело. В ней мяса нет и не будет.

    Когда же мистер Бэр корректно поинтересовался ее ингредиентами, чиновник захохотал:

    – Секрет фирмы моей жены! Женушка моя этой колбасой весь город кормит, и ничего – в больницу пока никто не жаловался!

    Застолье могло длиться долго, но Бэр вежливо поднялся и, сказав несколько благодарственных фраз, попросил его отпустить.

    Секретарша была давно отпущена, директор вместе с заместителями вышел в приемную, чтобы дать команду шоферу. Однако шофера в приемной не оказалось, и заместители отправились его искать. А Николай вместе с Бэром вернулись в малый конференц-зал за оставленными очками.

    Там оба чиновника с удовольствием допивали коньяк.

    – Что, Николаич, пришел принять на посошок?! Давай, присоединяйся, – дружелюбно разрешили ему.

    – Мистер Бэр оставил очки.

    – Где-то тут лежали, ищи, – отозвался один из чиновников и спросил второго: – Так ты говоришь, чтО у Григорьича с сыном? Так и сидит? Ну дела!

    – Главное – адвокаты бестолковые попадаются: понту много, а толку – нет.

    Судя по всему, они обсуждали дела директора.

    Николай подобрал очки гостя, и они сразу вышли в коридор. Там их ждал уже сам директор. Пальто на нем было не застегнуто.

    – Провожу до гостиницы, – объяснил он.

    Так они и погрузились в машину: рядом с водителем директор и сзади мистер Бэр с Николаем. До гостиницы было минут десять езды.

    Это была обычная пятиэтажка, где жили институтские сотрудники, и Николай – тоже. Но половина первого этажа была отгорожена, и в нее был другой вход. Туда направляли командированных. А две двухкомнатные квартиры, почти всегда пустовавшие, держали для важных гостей. В одну из них Бэра и поселили.

    Директор лично удостоверился, все ли в ней в порядке, даже приоткрыл пустой холодильник, а потом они пожелали Бэру спокойной ночи.

    – Подожди, – попросил директор вдруг, остановившись в небольшом холле. – Присядем тут, на диване. – И он устало погрузился в мягкий диван. – Ни минуты свободной за весь день. Не поверишь, с утра ни крошки. Если бы не этот прием… И так каждый день. Ты мне скажи, от этого мистера в самом деле многое зависит? В смысле грантов для института.

    – Кое-что, конечно, зависит…

    – Я тебя вот о чем хочу попросить, ты там в Беленцах как-нибудь разговор поверни, чтобы институту хоть что-то перепало.