Как только Вова сел, Маша положила обе руки на блюдце. Оно дернулось, будто только того и ждало, и двинулось к слову «НЕТ». Маша удивленно вскинула бровь.

— Что «нет»?

Блюдце заходило по бумажному кругу, и Света начала записывать за ним.

— «Это еще не проблемы», — прочитала она.

— Хорошо, — ласково, будто разговаривала с капризным ребенком, произнесла Маша. Она почувствовала, что ее ладони вспотели. — А скажи мне… — Маша задумалась. — Скажи… — Она посмотрела на Сережку Монова. — Кто будет мужем Светы Колтун?

Светка хихикнула и приготовилась записывать. Но по мере написания букв, указанных блюдцем, ее веселье сходило на нет. Потом она вскрикнула и отбросила ручку, будто дохлую крысу.

— Что случилось? — спросила Маша, но рук с блюдца так и не убрала.

Свету всю трясло, она не могла проговорить ни слова. Вася взял листок с ответами духа и прочитал последнюю запись.

— Олег Соколов. Имя как имя, — удивился парень. — Что ты развизжалась?

— Он утонул, когда мы были в третьем классе, — сказал Стас.

— Ну и что? — спросил Володя. Казалось, собравшихся его вопрос поразил еще больше, чем названное духом имя мертвого мальчика. Поэтому Паровоз решил быстренько исправиться: — Может, этот… ну… Пушкин не знал, что пацан утонул.

Глупое предположение, но все-таки лучше мысли о том, что призрак издевается над ними. Но Маша решила проверить.

— Александр Сергеевич, вы знали, что, — голос предательски дрогнул, — Олега Соколова нет в живых?

Блюдце сорвалось с места к слову «ДА» и тут же вернулось назад. Маша отдернула руки, будто хотела показать свою непричастность к происходящему. Девушка испуганно посмотрела на сидящих за столом (возможность того, что это всего лишь чья-то шутка, сохранялась), но она увидела, что ребята напуганы не меньше ее. Чушь! Бред! Ей говорили, что будет весело, но чтоб настолько… Маша взяла себя в руки и снова дотронулась кончиками пальцев до блюдца.

— Может, не надо? — услышала она чей-то шепот.

«Одна из рыженьких, — подумала она. — Может, и правда не надо?»

Но потом решилась и произнесла:

— Дух, ты шутишь?

Блюдце задрожало, будто под него заползла какая-то тварь и теперь пытается вырваться. Маша надавила сильнее. Она прекрасно понимала, что дух не сможет ответить, если обездвижить тарелку, но Маша очень боялась увидеть, что под ней. Но блюдце успокоилось и поползло к «НЕТ».

И тут Маша вспомнила, периодически надо спрашивать у духа о его «самочувствии». Она улыбнулась и спросила:

— Дух, ты устал?

Небольшое колебание, потом — «ДА».

Маша засияла. Теперь все ясно, все встало на свои места.

— Давайте возьмемся за руки, — предложила она.

Когда они создали замкнутый круг вокруг стола, Маша произнесла:

— Дух, уходи! Дух, уходи! Дух, уходи!

Наступила тишина. Парни и девушки продолжали держаться за руки, будто ища поддержки друг друга.

— Это что, и все? — спросил первым Паровоз.

— Руки можете отпустить, — раздраженно сказала Маша. Помедлила некоторое время, а потом положила руки на блюдце и спросила: — Дух, ты здесь?

«ДА».

«Черт! Это не он устал, это я устала!»

— Давайте еще раз, — сказала Маша и взяла за руки Володю и Свету. — Дух, уходи! Дух, уходи! Дух, уходи!

Она снова положила руки на блюдце.