|
.. я беременна. Роды - месяца через два. Но это - строжайшая тайна, умоляю вас как друга. А ребенка тотчас отдам. Бедное дитя! Растроганная графиня уткнулась белым лбом в суховатое плечо государыни, стала лить слезы на черный шелк ее траурного платья. Задыхаясь, бормотала воркующе: - Какая вы милая, ваше величество, какая вы душка... Буду молить бога о вашем бесценном здравии день и ночь. - И вот в такое-то время, вы только подумайте, милый друг, - голос, подбородок и щеки Екатерины вновь задрожали, - я в опале, я на краю гибели, я окружена врагами, друзей у меня - вы да Кэтти Дашкова... Ну, кто еще?.. Не ведаю, кто... - Ваше величество! - еще крепче прильнула к ней Брюс. - Вы забыли, ваше величество, упомянуть имя рыцаря, готового отдать за вас жизнь. - О! - выпрямилась Екатерина, лицо ее вспыхнуло. - Сей рыцарь есть единая отрада моя, единая надежда... Вы же это знаете, мой милый друг. - Ваше величество! Ваш рыцарь, Григорий Григорьевич Орлов, неотступно просит свидания с вами... - Да, но... как это сделать? Этот несносный адъютант Перфильев приставлен государем следить за Орловым... Как это сделать? Графиня Брюс хотела ответить: "Да так же, как на прошлой неделе", но почла неприличным и ответила так: - Очень просто, ваше величество. Мой муж сейчас в Москве. Рандеву состоится в моем доме. Сегодня ночью государь будет в Аничковском дворце у гетмана Разумовского... Кутеж до утра. И Перфильев будет при государе. Вы ж знаете, ваше величество. Ровно в одиннадцать я заезжаю за вами в карете... - Я в мужском костюме, в широком плаще, в шляпе, надвинутой на глаза, выхожу вместе с вами?.. - засмеялась царица. - Нет, вы лучше оденьтесь Катериной Ивановной, вашей камеристкой... - Нет, нет, мужчиной!.. Пусть Гришенька не сразу узнает меня... Из половины государя доносились плаксивые звуки скрипки: Петр неплохо играл какую-то сентиментально-заунывную пьеску. Вскоре состоялся переезд в новый, еще не вполне достроенный знаменитым Растрелли Зимний дворец. Петр сам распределил все помещения. Ближе к себе, на антресолях, поместил Елизавету Воронцову, а царицу Екатерину - в самый отдаленный край дворца. Между передней и покоями царицы - малолетний великий князь Павел с воспитателем его Никитой Ивановичем Паниным. Уединенное помещение Екатерины было ей наруку: удобней видеться с нужными ей людьми, а главное - ей предстояли тайные роды, что она благополучно и совершила, родив на Пасхе, 11 апреля, сына Алексея <Впоследствии - граф Алексей Григорьевич Бобринский.>. Отец новорожденного, то есть офицер Григорий Орлов, при родах не присутствовал. А ребенок вскоре исчез. 6 Внутренние дела России не сулили ничего хорошего. То здесь, то там волновались пашенные крестьяне. В вотчинах Татищева и Хлопова в Тверском и Клинском уездах мужики срыли и разбросали помещичьи дома, житницы с хлебом и оброчные деньги разграбили, а помещиков повыгнали вон, сказав им, чтоб больше сюда не ездили; приказчиков и дворовых людей хотели убить, но смиловались, - однако из вотчины выбили вон. Шумели крестьяне и по Московскому, Белевскому, Галицкому, Каширскому, Тульскому, Епифанскому и другим уездам - всего до восьми тысяч человек. Волновались на Урале раскольники и крестьяне, приписанные к заводам графа Чернышева и Демидовых; они подали в Сенат жалобу, что "управители и приказчики притесняют их, увечат, а иных до смерти убили". Начались волнения и в Москве среди фабричных суконной мануфактуры: удерживают-де у них заработанные деньги и дают на делание сукон скверную шерсть. |
