— Стойте! — Оливия шагнула вперед. А если поле не выдержит, а спикулы? Дура! — кажется я сказал это вслух. Хотел метнуться за ней, но Валтэн удержал меня.

— Она не дура, она спасатель, — сказал он шепотом. Оливия крикнула.

— Стойте! Вы не задержите нас, но умрете сами! Син, остановите их, вы отвечаете за жизнь рабов!

И стоит прямо перед ними, без всякого оружия, идиотка.

Кто-то пальнул — без результата. Валтэн выскочил, встал рядом с Оливией. Я последовал его примеру.

— Если вы заденете хоть одного из нас, — крикнул Валтэн, — мы сожжем ваши плантации!

Последовало молчание, потом — голос управляющего, произнесший на линкосе.

— Уходите.

Мы молча смотрели, как охранники уходят, как оттаскивают убитых. Человек пять. Кого-то из них я достал, ведь я стрелял тоже. Это моя работа.

— Я дойду, — сказал Скиннэл, улыбнувшись. Пилоты выглядели совершенно счастливыми.

— Смотрите, может быть… — начала Оливия, но Скинэл помотал головой.

— Я дойду.

Мы шли медленно, поскольку он все же хромал. А фрукт этот управляющий… все ясно — хотел получить от нас деньги, половину их положить в собственный карман, а потом еще нас и прихлопнуть. Молодец, ничего не скажешь.

Хотя скорее он собирался выслужиться перед хозяином. У него самого наверняка есть щит-генератор — а теперь будет возможность сказать, что мы захватили пленных силой. Вот охрану поубивали.

— Мы вас в деревне искали, — сказала Оливия. Ласс объяснил.

— Мы сначала работали в поле… а тут управляющий приехал, ему сообщили про нас. Ну и он забрал нас в поместье. А мы ведь так и не попробовали бэнг. Не привыкли еще. Рабы из Федерации у них считаются ценными… знали бы вы, сколько за нас заплатили! Ну, инженерные вакансии в замке все заняты. Так он нам в охрану предложил.

— Ну и вы? — поинтересовался Валтэн.

— Отказались, — сказал Скинэл, — насмотрелись мы на этих охранников. Ладно бы еще, машины в замке обслуживать…

— А они что? Били вас?

— Нет… это нас раньше еще, в самом начале. Нас посадили в камеру и обкуривали бэнгом. Ну и гадость!

— Между прочим, хочется уже, — сказал Ласс, — я бы сейчас не отказался…

— Так это и была его цель, — мрачно заметил Валтэн, — все здешние рабы зависимы от бэнга. Сами хозяева тоже, как правило, наркоманы, но употребляют другие концентрации или вообще наркотики полегче. А рабов они так и держат, на зависимости… правда, те живут недолго. Если бы вы привыкли, оказались бы у них на коротком поводке. Дозы лишат — и все дела.

В простенке между хижинами мы увидели девочку лет двенадцати. В серой длинной юбке и платке, обтянувшем грудь. Худенькие плечи покрыты полузажившими, еще кровоточащими рубцами. Девочка стояла у беленной стены в странной позе — опустившись на колени, головой упершись в стену. Внезапно ее начало рвать, и рвота стекала по белой стене, совершенно черная, словно кровавая.

— Обкурилась, дело обычное, — пробормотал Ласс. Я посмотрел на него — он отвел глаза.

Они сейчас вернутся на Квирин. Для них все мучения кончены. А она останется здесь навсегда.