— Да, — сказал я, не вдаваясь в подробности, — но мы пока не совсем в безопасности.

Девочка была жива, просто без сознания. Старшая подошла к нам. Они были очень похожи, видимо, сестры. Черты лица характерно-олдеранские. Старшей лет пятнадцать. Я посмотрел на нее. Она старательно придерживала рукой порванное на груди платье, не замечая, что бедро ее высоко обнажено, почти до пояса. И на бедре большой кровоподтек.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Итиль.

— Ты можешь ходить? Как ты себя чувствуешь?

— Так себе, — прошептала Итиль.

— Ты сможешь позаботиться о себе и о ней?

— Да. Я умею… я изучала медицину, — ответила Итиль, и я понял, что с ней хлопот не будет, наоборот, мы нашли помощника.

— Тут есть медотсек, — сказала Итиль, я поднял ее сестренку на руки и пошел за ней. Потом я оставил их, и принес из кают чистые бикры, для Чинзи, так звали девочку — детский. Итиль уже раздела сестренку, поставила на запястье зена-тор и запустила систему. Тут все было в порядке.

— Ты помойся сама, — сказал я, — надень бикр. И на нее лучше надеть, потому что все может случиться. Нас здесь всего двое, мы будем в Посту и, если что, будем держать с вами связь.

— А где… эти? — лицо Итиль дрогнуло, как от нервного тика. Я стиснул зубы и сосчитал до трех.

— Троих мы убили. Трое надежно связаны.

— А такой… высокий, в белом бикре с золотыми контактами?

— Он там, в соседнем помещении. Он под силовыми канатами.

Итиль неуверенно кивнула.

— Вы не знаете, что с нашими родителями и братом? — спросила она, — их забрали на тот корабль…

Я кратко объяснил ситуацию. Итиль покачнулась и оперлась о диагностер.

— Тебе плохо? — спросил я. Возможно, мне все-таки следует самому позаботиться о девочке.

— Ничего, — прошептала Итиль и вдруг заплакала, — вы видите, что они сделали с Чинзи… это тот, особенно, высокий.

Она шагнула ко мне и ткнулась носом в мой бикр. Ее трясло мелкой дрожью. Я не знал, что делать, и прижал девочку к себе одной рукой.

— Успокойся, — пробормотал я, — давай… соберись. Нам нужна твоя помощь.

Итиль плакала еще какое-то время, потом оторвалась от меня.

— Что с Чинзи? — спросил я, — ты проверила на диагностере?

Итиль кивнула.

— Сломана рука, — сказала она нехотя,– и кровопотеря… и там, ну… вы понимаете… все порвано.

— Ничего, ты же подключила систему, через пару часов нанороботы все сделают. Просто посиди здесь, последи за ней. Сможешь?

— Я смогу, — сказала Итиль. Она, похоже, собралась.

— Вы откуда? — спросил я.

— С Олдерана. Сэн, вы… не оставляйте наших родителей. Пожалуйста…

Я не знал, что ответить. По идее, надо быстро сматываться… но потом их родителей действительно невозможно будет найти.

— Мы должны это обсудить с моим шефом, — ответил я. — Итиль… ты должна нам помочь, слышишь? Сколько тебе лет?

— Пятнадцать.

— Ты большая девчонка, Итиль. Ты сможешь. Позаботься о сестре. Если проснется и будет нервничать, поставь в зена-тор снотворное. И сама ложись, полежи тут рядом. Тебе тоже досталось… Не выходите отсюда. Шибаги надежно связаны, не беспокойся. Если будет нужно, мы свяжемся с тобой, ну и ты звони, если что…

Я старался придать своему голосу как можно больше убедительности. Похоже, на Итиль это подействовало.