|
- Успокойтесь, это не курение опиума. Это только прелюдия к нему. - А что происходит потом? - Узнаете со временем. Не будьте нетерпеливы. Церемония опиекурения требует полного душевного спокойствия, даже отрешенности. Эммануэль резко повернулась: - А если мне понравится, я могу вернуться сюда? - Конечно, - сказал Марио. Казалось, его забавляли вопросы Эммануэль. Он смотрел на нее чуть ли не с умилением. Она задала еще один вопрос: - Я думала, что курение опиума запрещено. - Конечно, так же как и внебрачные связи. - А если сюда явится полиция, что нам делать? - Мы отправимся в тюрьму. Марио добавил с улыбкой: - Но мы попытаемся сначала подкупить полицию вашими прелестями. Эммануэль ответила тоже улыбкой, но улыбка эта была скорее скептической. - Я замужем, значит, свою свободу мне придется купить ценой еще одного нарушения закона. - Ну, это преступление представители закона с божьей помощью вам простят, тем более если они будут вашими соучастниками. И, коснувшись рукою обнаженной груди Эммануэль, Марио спросил: - Не так ли? Наконец-то Марио прикоснулся к ней - на лице Эммануэль появилось томное, счастливое выражение, но тем не менее она покачала головой. - Как, вы не согласитесь сослужить для нас троих эту службу? Она поспешила его успокоить: - Соглашусь. Раз вы этого хотите... И, немного помолчав прибавила: - А.., сколько полицейских участвует обычно в таких облавах? - О, не больше двух десятков. Она рассмеялась. Служанка между тем расположила посередине нар свой прибор. Марио, обняв Эммануэль за талию, подвел ее к нарам. - Вы устроитесь здесь. - Я? Но здесь не очень-то чисто и довольно жестко. - Зачем заведению тратиться на матрасы, когда этот дым смягчает все углы и делает мягким самое жесткое ложе? И, кроме того, учтите, матрасы трудно стирать, а нары легко скоблить ножом. Пусть эти соображения успокоят вашу тревогу. Эммануэль осторожно присела на краешек нар, а два ее компаньона удобно вытянулись по бокам. Вершиной этого треугольника была лампа. Эммануэль решила преодолеть свое отвращение и последовала примеру своих спутников: вытянулась, оперлась на локти и подперла голову обеими руками. Она не могла оторвать глаз от длинного пламени, прямой струей поднимающегося от лампы. Пламя словно гипнотизировало ее. Китаянка опустилась на колени возле их ложа и открыла один из ящичков. Что-то густое, непрозрачное, похожее на темный мед, наполняло его. Женщина подцепила на кончик длинной иглы частицу этой массы, подержала ее некоторое время над лампой, затем обернула кусочком волокнистого пальмового листа и снова поднесла к пламени. Темная капля потрескивала, набухала, приобретая удивительные оттенки, бросающие на все окружающее чарующие отблески; капля будто оживила все вокруг себя. - Как прекрасно, - прошептала Эммануэль. Она подумала, что это зрелище столь привлекательно только для нее, пришедшей сюда в первый раз. "Это как драгоценный камень, что-то всегда говорящий тебе. Но камни не такие живые и красивые. Двадцать полицейских, - спохватилась она. - Это многовато..." Но чтобы спасти Марио от тюрьмы.., она согласна. |
