Флад не поднялся, ожидая, когда они подойдут.

— Харри, старина! — сказал Харвей и сел за стол. — Ты не возражаешь, если мы присоединимся к тебе?

Мира наклонилась и поцеловала Флада в щеку.

— Вам нравятся мои новые духи, Харри? Стоят целое состояние! Но Джек говорит, что они возбуждают и хорошо пахнут.

— Его слова для тебя много значат, не так ли? — заметил Флад.

Она села по другую сторону от Флада. Харвей взял сигару, отрезал кончик и взглянул на Мордекая.

— Послушай, где твоя проклятая зажигалка?

Мордекай достал зажигалку и поднес огонь Харвею, не моргнув глазом.

— Можно ли получить выпивку? — спросила Мира. — Мы знаем, что вы, Харри, не пьете, но подумайте об остальных, о нас, бедных прохвостах.

В ее речи слышался небольшой акцент кокни, совсем чуть-чуть, что придавало ей своеобразную пикантность. Она положила свою руку на его колено, и Флад спросил:

— Коктейль с шампанским? Это вы хотите?

— Для начала сойдет и это.

— Только не для меня, я не могу пить эту мочу, — сказал Харвей. — Шотландский виски и содовая. Большой стакан.

Морис, который стоял поблизости, передал заказ официанту, потом наклонился к Фладу и спросил шепотом:

— Ваша яичница, господин Флад?

— Давайте ее сюда, — ответил Флад.

Морис ушел и через минуту появился официант с серебряным подносом. Он снял крышку и поставил тарелку перед Фладом, который тут же начал есть.

Харвей спросил:

— Харри, я никогда не видел, чтобы ты ел настоящую еду. У тебя что-нибудь не в порядке?

— Не в этом дело, — ответил Флад. — Еда не представляет для меня особого интереса, Джек. Когда я пареньком был во Вьетнаме, вьетконговцы держали меня некоторое время в яме. Я научился тогда довольствоваться совсем малым. Потом я получил пулю в живот. Потерял восемнадцать дюймов кишок.

— Вы должны будете как-нибудь показать мне свой шов, — заявила Мира.

— У всего есть своя хорошая сторона. Если бы не этот выстрел, то Корпус морской пехоты не отпустил бы меня на это прекрасное место в охране лондонского посольства.

— И ты не встретил бы Джину, — добавил Харвей. — Я помню тот год, когда вы поженились, Харри, год, когда умер ее старый отец, Сэм Дарк… — Он покачал головой. — Он стал некоронованным королем восточной части Лондона после того, как посадили братьев Крей. А Джин! — Он вновь покачал головой. — Какой успех! Парни стояли в очереди, добиваясь ее внимания. Среди них был даже гвардейский офицер, лорд. — Он повернулся к Мире: — Настоящий.

— А она вышла замуж за меня, — сказал Флад.

— Она могла бы выбрать и хуже, Харри. Я имею в виду, что ты помог ей, чтобы дела шли хорошо, особенно после того, как умерла ее мать. Мы все знаем это.

Флад отодвинул тарелку и вытер рот салфеткой.

— Вечер комплиментов, Джек? Теперь выкладывай, зачем ты действительно пришел.

— Ты знаешь, что мне нужно, Харри. Я хочу вступить в дело. Казино, теперь их четыре, и сколько клубов, Мира?

— Шесть, — сказала она.

— И все эти сооружения на реке, — продолжил Харвей. — Ты должен поделиться пирогом.

— Есть одна неувязка, Джек, — ответил ему Флад. — Я законный бизнесмен, и уже давно, а ты… — Он покачал головой. — Плут всегда останется плутом.

— Ты, ублюдок янки! Ты не можешь говорить со мной подобным образом.