— Он не очень-то силен, ваш парень, — сказал Диллон.

Он раскрыл свой портфель, вынул десять стодолларовых банкнот, стянутых резинкой, и швырнул их Мире. Она не успела поймать пачку и была вынуждена нагнуться, чтобы поднять ее с пола.

— Посмотрите на это, и все они новенькие, — сказала она.

— Да, новые деньги всегда хорошо пахнут, — заметил он. — Теперь скажите Джеку, что его старый приятель хотел бы показать ему еще много таких же бумажек.

Она постояла какое-то время, глядя на него сузившимися глазами, потом повернулась и открыла дверь в кабинет Харвея. Билли попытался подняться, но Диллон сказал ему:

— Я бы не советовал тебе делать это.

Билли вновь опустился в кресло. Дверь отворилась, вошла Мира:

— Хорошо, он примет вас.

Кабинет имел на удивление деловой вид. Стены были обшиты дубовыми панелями, на полу лежал шелковый зеленый ковер. Газовый камин выглядел как настоящий, с огнем в стальной корзинке. Харвей сидел за массивным дубовым столом с сигарой в зубах. Перед ним лежала тысяча долларов. Он спокойно окинул взглядом Диллона.

— Мое время ограничено, так что не ходи вокруг да около, сынок. — Он поднял банкноты. — Еще столько же?

— Да.

— Я тебя не знаю. Ты сказал Мире, что мы старые приятели, но я никогда раньше тебя не видел.

— Много лет тому назад, Джек, а точнее сказать, десять лет. Я тогда выглядел иначе. Был здесь по делу из Белфаста. Мы вместе делали бизнес, ты и я. Ты на этом хорошо заработал, насколько я помню. Все те восхитительные доллары, собранные людьми в Америке, симпатизирующими ИРА.

— Куган. Майкл Куган, — догадался Харвей.

Диллон снял очки.

— Собственной персоной, Джек.

Харвей медленно кивнул и обратился к своей племяннице:

— Мира, это мой старый друг, господин Куган из Белфаста.

— Понимаю, — кивнула она, — один из тех.

Диллон закурил и сел, поставив портфель рядом с собой на пол.

— Ты тогда прошелся по Лондону, как чертов Аттила. Я должен был взять с тебя больше за товар.

— Ты назвал цену, и я заплатил, — сказал Диллон. — Что может быть честнее?

— А что на этот раз?

— Мне нужно немного семтекса, Джек. Я мог бы обойтись сорока фунтами, но не меньше. Лучше пусть будет пятьдесят.

— Тебе не очень много нужно, не так ли? Эта штука на вес золота. Очень строгий контроль властей.

— «Боллокс», — уточнил Диллон. — Он идет из Чехословакии в Италию, Грецию и дальше в Ливию. Он есть везде, Харвей. Ты знаешь это, и я это знаю, так что не теряй напрасно время. Двадцать тысяч долларов.

Он раскрыл портфель и выбросил на стол пачку за пачкой еще девять тысяч долларов. Он ждал, не закрывая портфель, и тогда Харвей улыбнулся.

— Это будет стоить тебе тридцать.

Диллон захлопнул портфель.

— Не могу, Джек. Сумею достать двадцать пять, но не больше.

Харвей согласно кивнул головой:

— Хорошо. Когда тебе это нужно?

— Через двадцать четыре часа.

— Думаю, что сумею устроить это. Где мы можем найти тебя?

— Ты говоришь глупости. Я сам свяжусь с тобой.

Диллон встал. Харвей вежливо спросил его:

— Не можем ли мы сделать для тебя еще что-нибудь?

— Пожалуй, — сказал Диллон. — Ты можешь сделать мне подарок. Мне не помешал бы еще один пистолет.

— Нет проблем, старина.