— Завтра летим в Москву, — без прелюдий заявила она. — Если хочешь, можешь остаться.

— Нет, мне нужно кое-что сделать, — снова заупрямился я. — Что с Головановым? Мне стоит его опасаться?

— Глеб, запомни раз и навсегда, опасаться нужно всех, даже себя, — с хитрым прищуром выдала она, — но он сейчас вряд ли обратит на тебя внимание. Я немного заняла его другими проблемами, в частности, как не пролюбить все свои финансы, ха-ха-ха.

— Спасибо вам за всё, Александра Сергеевна, — искренне поблагодарил её я. — Не знаю, почему вы мне помогаете, но я вам очень за это признателен.

— По-моему, я уже всё тебе объяснила, — совершенно спокойно отнеслась к моей забывчивости та. — Я обещала это твоей матери.

— Да, простите, вы говорили, — отвёл я взгляд в сторону, — но почему-то совсем не помню, чтобы вы бывали у нас в гостях.

— Поверь мне, на то были причины, — слегка поморщилась та, — и я сама в этом виновата, но не будем о грустном.

— Расскажите, — всё же настоял я, вот только не подозревал, что мне придётся услышать.

— Мы спали с твоим отцом, и Ольга об этом узнала, — выдохнула та без зазрения совести. — Прости, что порчу твою светлую память об отце, но у взрослых такое случается.

— Ничего страшного, я понимаю, — согласился я, но всё же почувствовал довольно ощутимый укол ревности и обиды, — но я не об этом хотел спросить.

— Вот ты засранец, — нарочно выпучила глаза Золотова, в попытке свести щекотливую тему в шутку. — Ты о том, как случилось моё обещание? Ведь так?

— Да, — с серьёзным видом кивнул я, а Золотова тяжело вздохнула.

— Помнишь, я уже говорила тебе, что у меня есть основания подозревать Смирнова в смерти твоей семьи? — начала она издалека. — Так вот, в тот день Ольга пришла ко мне, и мы очень долго с ней говорили, а наутро я узнала страшную новость.

— Но почему вы позволили жить мне в семье убийцы⁈ — я мгновенно утратил над собой контроль. — Почему не забрали к себе⁈

— Потому что в этом поганом мире на каждое действие нужна бумажка, — строгим, сухим тоном ответила она. — Будь на его месте другой человек, я бы не задумываясь вывернула его мехом внутрь, но мы говорим про Смирнова. Твой отец почему-то назначил его опекуном, видимо, на всякий случай и к тому же он твой крёстный. Не всё так просто, как ты себе представляешь.

— Простите, я понимаю, — в очередной раз буркнул я и отвёл взгляд. — Так что вам сказала мама?

— А то и сказала, что Смирнов с Головановым воду мутят, — фыркнула та. — Я, само собой, знала об их делах…

— И ничего не сделали, — опять перебил я Золотову.

— Ещё раз ляпнешь что-то подобное, и я тебя лично выпорю, понял⁈ — сверкнула злобным взглядом та, а я отчего-то понял — она не шутит.