И как это ни прискорбно понимать, но самым лучшим доказательством будет начало конца. Лишь бы не получилось так, что уже поздно. Ладно, более или менее, это всё подходит под разряд плана, сырого, непродуманного и крайне тупого, но уж какой есть.

Взгляд упал на конверт. Для того чтобы держать в нём обычный паспорт, слишком уж он тяжёлый и пухлый.

Я осмотрелся по сторонам, словно боялся, что кто-то за мной подсматривает и вскрыл упаковку. В руки выскользнула пачка бумаг, сшитая нитками, которые зафиксировали с обратной стороны печатью и подписью нотариуса. Беглого взгляда хватило, чтобы понять: это моё наследство. Пока я проводил время за тренировками, Золотова озаботилась моими деньгами.

Сюда же при помощи металлического зажима прикрепили сам паспорт и ещё один небольшой конверт. В таких обычно выдаются банковские карты.

— Ну вот, бо́льшая часть проблем отвалилась, — пробормотал я и первым делом сунул паспорт в карман, затем вскрыл карту.

С деньгами можно решить очень многое, если не всё. Бумаги обратно в конверт и прямой наводкой к ближайшему терминалу.

Экран банкомата показал очень приятную картину. Судя по всему, лимит на куске пластика ограничивался лишь ежедневной доступной суммой в шесть миллионов рублей. Самого баланса как такового обнаружить не удалось. Для этого придётся идти в банк и запрашивать выписку по счетам. А оно мне надо? Данной суммы хватит за глаза даже мне, привыкшему к деньгам, человеку.

Я помотал головой и с силой провёл ладонями по лицу. Странно, но это нелепое действие немного взбодрило. Следующим ходом я приобрёл кружку кофе в автомате неподалёку и теперь, наконец-то, смог нормально соображать.

Билет на рейс до Москвы мне так же продали без проблем. Новый паспорт, как оказалось, прибавил мне три года к возрасту и теперь я являлся полноправным, самостоятельным членом общества. Ну а биологически я могу выглядеть как угодно, есть документ и он гораздо важнее.

Самолёт коснулся посадочной полосы, и люди в салоне зашевелились. Я терпеливо ожидал, пока самые суетливые пробьются к выходу. Спешить смысла нет — всё равно все попадут в терминал одновременно, на автобусе.

Аэропорт я тоже покинул беспрепятственно. Хотя весь полёт представлял себе, что меня обязательно встретят люди Голована. Но нет, Золотова действительно нагрузила его более важными, насущными проблемами, нежели гоняться по всей стране за подростком.

Мечтать, что отныне я буду в покое и безопасности — глупо. Вряд ли он простит мне смерть сына, однако какое-то время у меня всё же есть. День, возможно, два, скорее всего, не больше.

Таксисты у аэропорта даже не отреагировали на моё появление, предпочитая завлекать более взрослых. Им даже невдомёк, что с меня можно поиметь вполне приличные деньги. В их глазах я лишь подросток, с которого и взять-то нечего.

Терминал электрички «аэроэкспресс» послушно выдал билет и уже через десять минут я мчался по направлению к Казанскому вокзалу. Здесь неподалёку расположился большой торговый центр «Московский», где я наконец обзавёлся средством связи. Полчаса на настройку, практически не отходя от кассы, и вот я снова в сети.