В общем, жизнь шла своим чередом и, казалось, что всё наладилось. До определённого момента, конечно.

По всем законам, в особенности природы, жизнь приходит в этот мир, не спрашивая на то нашего разрешения. Вот и Вику приспичило рожать прямо посередине ночи. А если учитывать то, что лёг я всего час назад, то можно сказать, в самом её начале — ночи, в смысле.

Проснулся я от мерных пинков. Не сильных и обидных, таких, коими всегда любят будить военные, а, напротив, скорее, неуверенные, будто кто-то не хочет беспокоить, и вроде как всё это происходит случайно.

— Ты чего не спишь? — всё же решил поинтересоваться я.

В голове я уже предполагал очередную пробежку на кухню за яблоком или ещё какую очередную ерунду. Крышу у Вики рвало ого-го, и номера могли происходить такие, что даже пьяному человеку в голову никогда не придёт. Но в последний месяц всё успокоилось, а я, честно говоря, уже привык жить, как на вулкане и постоянно ожидал какого-нибудь подвоха. Вот и дождался.

— Я, кажется, рожаю, — произнесла она таким голосом, будто скучный, однообразный пейзаж за окном описывает.

— Тебе кажется, — буркнул я и снова плюхнулся лицом в подушку.

Нет, я не хладнокровный и далеко не безразличный, просто момент «Волки!» уже далеко позади. Раз пять я таким образом подрывался, даже близких оповещал, и мы вместе галопом пёрли с Викой в лазарет. Ну а там, как водится, выяснялось: «Ложные схватки, показалось, так бывает и всё в подобном духе».

Ещё раз восемь это происходило в более спокойном формате. Вызывали на дом Виталия Александровича, но даже он предпоследние два раза приходил не спеша, а последнюю консультацию вообще по радиосвязи провёл. Ну вот такая она у меня… правда, что Ши́за.

— Не, походу, точно рожаю, — снова таким же тоном в полной темноте, притом выдержав паузу, добавила она.

— Щербакова вызывать? — спросил я в подушку.

— Да неудобно уже как-то, — неуверенно ответила та, и это стало первым тревожным сигналом.

— О как, ладно, пожалуй, для порядка его разбужу, — я всё же поднялся и нашарил рукой рацию.

Так, первый закон подлости: трубка оказалась разряжена. Я банально пропустил время запуска генераторов. Выбор невелик: или крутить «динамо», или топать ножками, и второй вариант гораздо быстрее по времени. Вот только одеваться…

— Ты куда? — в дверях появилась жена, придерживая живот рукой.

— Дойду до лазарета, там по-любому кто-то дежурит, — ответил я, натягивая куртку с капюшоном.

— А рация что? — подметила она. — Опять не зарядил?

— Ага, забегался что-то, — отмахнулся я. — Да тут идти два шага, я быстро.

— Спасибо тебе, Глеб, — вдруг произнесла она. — Я тут издеваюсь над тобой, как эта…

— Да ладно, — улыбнулся я. — Главное, что твоя крыша вернулась.

Я чмокнул Вику в нос и выскочил за дверь.