А сейчас спать. И пусть только хоть какая-нибудь сволочь попробует мне помешать, я девять месяцев нормального сна не видел. Плюсом ко всему есть подозрения, что в ближайшие пару лет его и не предвидится. Так что идите все лесом со своими пьянствами, монголами и вообще, всем чем угодно.

Глава 12

В мире циклично все, даже войны

Весть о вероятной очередной напасти полностью испортила настроение. Казалось бы, у меня родился сын, положено прыгать от счастья, гулять и веселиться, а все мысли крутились только возле нашествия Монгол.

Многое у меня не увязывалось в голове. Допустим, их армия насчитывает сотню тысяч, просто предположим, что это так. Чем питаются люди — более или менее понятно из рассказов о каннибализме, но лошади?.. Неужели их конница тоже приучена к человеческому мясу? Вряд ли такое возможно.

А ведь этим животным необходимо гораздо большее количество пищи, нежели нам. Мясо они точно есть не станут, вся их пищеварительная система устроена иначе. Так что же получается? Или нет там никакой орды, а лишь небольшая группа налётчиков, или нет никакой конницы. И те самые небольшие мобильные отряды, что производили налёт на Иркутских, — наверняка их максимум.

С другой стороны, а что это даёт нам? В первом случае — быструю расправу над противником, а вот во втором — ровным счётом ничего.

Я лежал в постели и, несмотря на бессонную ночь и хмель в голове, никак не мог уснуть. Как бы я ни пытался уйти от этих размышлений, каждый раз возвращался обратно. Тот факт, что у меня нет совершенно никаких данных, не мешал, а скорее, наоборот, всё больше распалял фантазию.

Уснуть я так и не смог, только зря ворочался с боку на бок, тратил время впустую. В итоге не выдержал, отбросил в сторону одеяло и снова влез в опостылевшую «Горку». Костюм, что мне подарила Вика, так и продолжал висеть в шкафу. Мало того, к нему присоединились ещё несколько комплектов классической и очень качественной одежды, но в настоящих условиях надевать её было жалко. Глина попросту убьёт её, а достать что-то подобное новым — не так просто, даже практически невозможно.

Уже в который раз за последние месяцы я осмотрел чехлы, тяжело вздохнул, закрыл шкаф и вышел из дома. На площадке перед выходом переобулся, выбрался на улицу и, прыгая по доскам и кирпичам, отправился в администрацию. Чего зря время тратить, всё равно не спится, так хоть делом займусь.

За решением всевозможных бытовых вопросов вечер наступил незаметно. А так как половина управляющего состава продолжала фестиваль в честь рождения моего сына, всё их дела перекочевали на мою голову. Зато отвлёкся — уже плюс, да и рации наконец-то зарядил.

— Екатеринбург Тюмени, приём, — вызвал я своих по дальней связи и прежде чем получить ответ, повторил эту фразу раз восемь, даже волноваться начал.

— Тюмень на связи, приём, — всё же ответили на том конце.

— Как дела, Тюмень? Савельев далеко?

— Гостей встречает — ваши войска только что прибыли, — ответил связной. — В остальном всё нормально.

— Как только Антон Валерьевич явится, пусть свяжется со мной.

— Хорошо, передам, а с кем это: со мной?

— Глеб Николаевич Ларычев.