Мысли уже в который раз возвращались к гипотетической угрозе со стороны Монголии. Если то, о чём рассказал Есенин — правда, то мы далеко не в безопасности и вовсе не так всё беззаботно, как считает Батя. Многое, конечно, зависит от численности войска, но даже малые отряды могут нанести довольно неприятный ущерб и доставить забот. Им ведь необязательно идти на открытый конфликт, достаточно щипать нас на дорогах.

С другой стороны, на носу зима, которая всё никак не желает вступать в права. Третий день погода чудит, то дождь, то заморозки. Первый снег ещё в середине октября лёг, но затем быстро растаял и с тех пор вот такие качели. Грязь уже надоела, снега хочется, он хоть накроет всё это безобразие белым покрывалом.

Сообщение между городами, скорее всего, замрёт, останутся небольшие вылазки на снегоходах. Нет, определённо странное решение — идти с войной на непонятного противника, да ещё и в зиму. Может, и в самом деле это лишь небольшие группы?

Вот только в последнее время я перестал верить в лучшее, да, собственно, никогда этим не страдал. Лучший способ избежать неприятностей — быть к ним готовым. А значит, в любом начинании следует отталкиваться от наиболее худшего исхода.

— Серёг, — я специально пересел к Есенину поближе, потому как остальные уже вовсю предавались веселью и вряд ли бы оценили нашу беседу о неприятностях. — Что конкретно тебе Савельев передал?

— Ну так я уже говорил: видели небольшой разъезд из тридцати всадников, — моментально включился в беседу он. — Как только их заметили, сразу скрылись. Даже национальную принадлежность рассмотреть не успели.

— Сам как думаешь, серьёзная угроза? — спросил я, хотя для себя уже давно решил, что не стану оставлять этот момент без внимания.

— Думаю, очень серьёзная, — словно прочитав мои мысли, ответил Есенин и продолжил по моей же логике. — Монголы даже в современном мире оставались кочевым народом, я, конечно, не говорю о столице и крупных городах, но на их территории таковых очень мало. Плюс степь, а значит, жрать там точно нечего.

— Вот и я так считаю, — кивнул я. — Более чем логично, что они перейдут на каннибализм, ну а дальше больше. Смысл жрать своих, когда рядом есть те, кто слабее.

— Именно, а слабые ушли, — точно так же моментально подхватил мысль Серёга. — А значит, либо снова голод, либо преследование. Четыре тысячи километров, реально преодолеть месяца за полтора-два. По пути, скорее всего, вычищают мелкие посёлки, так что на обратный путь еды уже осталось.

— Эх, не вовремя мы гулянку закатили, — поморщился я.

— Ну, здесь уже повод серьёзный, так что… — развёл руками тот. — Может, Цинкина вытащим, заодно по тихой вопрос порешаем?

— В принципе шесть утра уже, — бросил я взгляд на циферблат. — Да, пожалуй, стоит потревожить старого генерала.