И доказал – так, что я вскоре вообще забыла о том, что был какой-то неприятный разговор. А потом и всё остальное забыла, кажется, вплоть до собственного имени.

Уже почти пугает то, как действует на меня близость Чингара. Особенно в те моменты, когда мужчина вдруг задаётся целью показать мне небо в алмазах. Наркотическое опьянение, эйфория на грани безумия, в которой растворяется всё – мысли, память, вопросы и всё недовольство до последней капли. От меня в его руках остаётся лишь болезненно обострившееся чувство осязания, сводящее с ума невозможной концентрацией наслаждения,и срывающийся шёпот.

И кажется единственно правильным в такие моменты – отдаваться этому мужчине без остатка, подчиняться его рукам и его желанию, стремиться стать с ним одним целым.

Бездна! Не верю, что так бывает. И не хочу знать, чем это может закончиться...

В итоге ночь настолько затянулась, что я имела все шансы проспать до полудня, но Чингар в этот раз проявил вместо заботы сознательность и разбудил. После чего бережнo отнёс моё пребывающее в блаженной расслабленности тело в ванну. Очень верный стратегический ход, иначе я бы точно не сумела заставить себя выпутаться из шкур: вчера инчир превзошёл не только самого себя, но и все мои представления о пределах собственной чувствительности.

Этим утром вождь был исключительно благодушен и доволен жизнью, уже не хмурился и явно чувствовал себя прекрасно. Насколько, что во мне сразу же очнулась паранойя и потребовала срочно вспомнить, что я вчера могла наговорить и наобещать между поцелуями и волнами наслаждения. Тщетно, детали упрямо ускользали, только тело отзывалось сладким томлением и готовностью продолжить сегодня с того места, на котором мы остановились вчера. Не прямо сейчас, но вот к вечеру...

Расспрашивать самого вождя я тем более не стала и в конечном итоге приняла мудрое решение: плюнуть и оставить всё как есть. Если вдруг Чингар начнёт хотеть странного и чего-то требовать, можно прибегнуть к главной заповеди «не помню – значит, не было», а пока – какой смысл дёргаться?

***

– Это плохая мысль, – проворчал Чингар.

– Ты лошадью своей рули и не отвлекайся, - отмахнулась я, не вступая в очередной раз в дурацкий спор.

Что идея с посещением Инкар в неурочный час, да ещё женщиной, причём мной, вождю не понравится, было ясно с самого начала, я от него другой реакции и не ждала. Поэтому перед тем, как о чём-то с ним разговаривать, окончательно заручилась поддержкой старейшин и добилась от них официального разрешения. Ну а само объяснение с вождём начала с просьбы порекомендовать какого-нибудь толкового воина в сопровождение, потому что ну не соваться же туда одной?

После чего я минут пять с трудом удерживала серьёзную мину, пока злой Чигар сначала ругал меня, потом старейшин, потом всех остальных воинов. Ну а когда выдохся, непримиримо заявил, что со мной поедет он сам, потому что ну надо же было предположить такую глупость, что он доверит охрану своей женщины кому-то ещё!

А я только молча посмеивалась, потому что именно на это, собственно, рассчитывала изначально. Всё-таки не зря я так давно живу на свете, кое-чему в итоге научилась в смысле действия хитростью, а не нахрапом. В тех случаях, конечно, когда держу себя в руках, но это уже немало.

Ругаться с Чингаром мы почти перестали, да и те стычки, что случались, были скорее упражнениями в остроумии. Так, лёгкое разнообразие в семейной жизни, чтобы не заскучать. Объяснялось это просто: как только вождь перестал глядеть на меня снисходительно, с этой своей мерзостной улыбочкой и рефреном «женщина должна»,так я сразу и прекратила взрываться от каждого неосторожного слова. Определённо, прикосновение к Бездне сказалось на этом мужчине исключительно благотворно. Хоть лечебную методику на этой основе разрабатывай!

Отношения наши в итоге складывались исключительно ровно и благополучно.