С этой мыслью я запустила обе ладони в густую гриву мужчины, собирая волосы и заодно обхватывая его голову, чтобы притянуть к себе для поцелуя.

Как быстро всё-таки вождь в этом деле освоился, получается так – дух захватывает! А уж что с телом происходит,и вовсе словами не передать. Один поцелуй, ощущение этого огромного горячего тела рядом и мне уже никаких прелюдий не надо, быстрее бы одежду сорвать!

***

– Стай, почему ты запрещаешь себе быть слабой? – вдруг спросил вождь некоторое время спустя, когда мы блаженно остывали после вспышки страсти, сплетясь ногами. Я, конечно, лежала сверху на нём – это Чингару почему-то очень нравилось. Мне тоже, если бы ещё не было так жарко!

– Ты это к чему? - лениво уточнила я. Расслабленной и удовлетворённой, мне совершенно не хотелось сейчас ругаться.

– Ты умеешь быть слабой. Я видел там, на озере, когда на тебя напал обезумевший мальчишка. Почему?

– Мы вроде бы договаривались, никаких «женщина должна», - проворчала я.

– Я не говорю, что должна, – поспешил заверить он. – Я пытаюсь понять.

Несколько секунд мы помолчали, а потом я всё-таки ответила:

– Ты же видел мою магию, это со мной и во мне с детства. А маг крови может быть либо сильным, либо мёртвым. Позволишь себе слабость сейчас – завтра не сумеешь поднять нож или, хуже того, не успеешь вынуть.

– И ты сама выбрала этот путь?

– Сложно сказать, – я пожала плечами. – Это слишком редкий дар, чтобы им разбрасываться, поэтому нас натаскивают с детства. Нет, существует процедура лишения дара, но я не знаю, как надо ненавидеть собственного ребёнка, чтобы так его покалечить. А взрослые от подобного чаще всего сходят с ума, это, на минуточку, один из способов казни. Так что вроде бы о добровольности сложно говорить. Но с другой стороны, этот путь мне вполне подходит и он лучше многих других.

Некоторое время мы молчали. Чингар, к счастью, не спешил спорить со мной и объяснять, насколько я не права. Неужели выучил, что это бессмысленно и каждый в итоге останется при своём мнении? Он только лежал, мягко поглаживал меня по голове, перебирая волосы, а потом тихо заметил:

– Ты пришла к нам из страшного места. Мне сложно представить, что с женщиной могут обходиться... так. Сложно принять твои слова, хотя я понимаю, что для тебя это правда и твоя жизнь.

– Да брось, дело привычки. Хотя, конечно, я не представляю, как бы ты туда вписался, - я тихонько засмеялась, представив Чингара в одежде иналей и среди них. Просто боевой конь среди табуна пони.

– Ты скучаешь по дому? – с расстановкой, напряжённо спросил он. - Хочешь вернуться?

Я открыла рот, чтобы безжалостно и прямо заявить, что – да, конечно, ведь там мой дом. Но с удивлением закрыла, понимая, что всё не так уж очевидно...

– Забавно, – хмыкнула я через весьма продолжительное время, которое вождь терпеливо ждал ответа, не торопя.

– Что именно?

– Да вот еще несколько дней назад я уверенно отвечала себе на этот вопрос «да». А сейчас подумала... Выходит, мне ведь особо и не о чем скучать. Ну да, там привычные условия, лица кругом знакомые. Стулья, нормальная кровать. Но здесь гораздо интереснее. У вас, Бездна меня сожри, есть тайюн!

– Ты этому рада? - опешил вождь.

– Ну... как сказать, - засмеялась я. – Мне выпал шанс разгадать огромную, сложную, интересную загадку. Это такая удача – я даже не знаю, с чем сравнить. И в связи с этим глупо думать о каких-то бытовых мелочах вроде нормальных письменных принадлежностях вместо вот этого безобразия, которым вы пользуетесь.