Я улыбнулся.

— Что, не веришь? — спросил Серёжа.

Лёша хотел ему что-то ответить вместо меня, но я остановил его жестом.

— Как раз наоборот, очень верю. Ты молодец. Реально. Повезло, что я тебя нашёл и разглядел.

— Фантазёр он, — всё-таки вставил реплику Лёша. — Оптимист… но посмотрим. Я тоже хочу надеяться на лучшее.

— Ребят, — сказал я. — Мы здесь не для того, чтобы надеяться. Мы будем действовать. Сами.

Серёжа ухмыльнулся, и эта его ухмылка в лунном свете смотрелась даже жутковато.

— Саня, знаешь что… если бы до нас не доходили некоторые слухи — я бы решил, что у тебя крыша съехала, — сказал он.

— На почве мании величия, — поддержал его Лёша.

— Ну а что твоя интуиция? — спросил я. — Что тебе про меня говорит.

Серёжа хотел что-то добавить, но осёкся. Выдержал паузу, потом, вздохнув, сказал:

— Что ты не псих. И на самом деле собрался делать что-то грандиозное.

— А, кстати, что за слухи про меня ходят? — спросил я.

— Да так, всякое… — попытался уклонится от ответа Серёжа.

— И всё-таки. Это важно.

— Что ты через Мирославу связался с некоторыми серьёзными людьми. И теперь участвуешь в бизнесе на стороне. Помогаешь дурить голову иностранцам, которые у нас появляются.

Я засмеялся.

— Очень хорошо, — кивнул я. — Если так.

— Так что ты хочешь? Спасти Россию? — грустно спросил Серёжа. — Давай будем реалистами: я считаю, что уже поздно.

— Тоже так думал, — кивнул я. — Но есть небольшая возможность… в случае, если мы перейдём в наступление. Нам нужна система социально-психологических инструментов, которая позволила бы кардинально поменять международную ситуацию и снизить угрозу глобальной катастрофы.

— Вот как? Ни много ни мало! — заметил Лёша. — Короче, ты предлагаешь нам на троих сообразить что-то вроде плана Даллеса для Запада, так? Причём в условиях, когда мы уже проиграли.

— План Даллеса — фейк, — ответил я. — Мы на такое ориентироваться не будем.

— Фейк? В смысле, подделка? Ты чего это по-английски заговорил? Палишься, Саня! — засмеялся Лёша.

Странно, но даже спустя год у меня то и дело вырывались жаргонные словечки, не понятные в этом времени.

— Не важно, — отмахнулся я. — Нам нужен не поддельный план Даллеса, а вполне настоящая директива Форрестола.

— Чего? — с недоумением спросил Л ёша.

— Доклад Совету безопасности от Госдепартамента, от шестнадцатого июля сорок восьмого года, — ответил я. — Где довольно чётко прописано то, как именно Штаты боролись с Советским Союзом. И как, в конце концов, победили. План Даллеса был создан специально для того, чтобы отвлечь внимание от реальных обстоятельств противостояния времён Холодной войны, — пояснил я.

— Никогда не слышал, — Серёжа пожал плечами.

— Как я уже сказал, не удивительно, — ответил я. — Но увидишь. Как и многое другое, что нам всем понадобится.

— Ладно, — кивнул Лёха. — В принципе, я за любую движуху. Только возможностей у нас пока маловато. Нужны будут десятилетия, пока мы чего-то добьёмся в карьерном плане и начнём реально на что-то влиять.

— У нас нет этих десятилетий, — сказал я. — Есть ускоренный план.

— Не понимаю, — сказал Серёжа. — Как — вот технически, как? Мы можем собраться, потрындеть, даже придумать что-то умное. Но как это всё реализовать на практике? Если мы большую часть времени в Универе проводим.