-  Не тяни! - умоляющим тоном попросил вервольф, ощущающий себя совершенно вымотанным как физически, так и морально. - Короче, умник…

    -  Короче так короче, - иронично пожал плечами архангел. - Только учти, если что - ты сам напросился… Я тебе не ребе, [12] отрежу это самое не по Торе, [13] а как сумею…

    -  Еще короче! - сквозь сжатые зубы властно рыкнул теряющий терпение оборотень.

    -  Ангелы, сопровождавшие Дочь Господню во время ее поездки в Венецию, находятся сейчас в плену у стригоев. А Селестина… - Гавриил мрачно свел на переносице свои красивые брови, - в общем, она там же, но…

    -  Она жива! - шумно выдохнул Конрад и уткнулся лицом в ладони. Его плечи подозрительно затряслись.

    -  Жива? - возмущенно хмыкнул Уриэль. - Ты еще сомневался, жива ли она?! Да в них с Оливией не из ружья стрелять нужно, их динамитом надо глушить, как акул, чтобы уж наверняка.

    -  Ури, заткнись, - тихонько посоветовал Гавриил, - хоть Оливию-то всуе не поминай.

    -  У тебя все нормально? - Самуил, обычно придерживающийся имиджа заматерелого, непоколебимого вояки, сочувственно опустил на плечо оборотня свою широкую, будто лопата, ладонь.

    -  Да. - Конрад поднял голову, его глаза сияли от счастья. - Господи, она - жива! Спасибо тебе, Господи!

    -  Ну, - задумчиво почесал переносицу Гавриил, - я бы на твоем месте не торопился радоваться сему весьма неоднозначному факту.

    -  Почему? - искренне удивился вервольф. - Ой, что-то ты темнишь…

    -  Это не я, - архангел растерянно развел руками, - это она…

    -  Селестина? - не понял Конрад. - Темнит?

    Крылатая братва ответила ему синхронными, исчерпывающими в своей лаконичности кивками.

    На бледном лице вервольфа отразилась высшая степень недоумения.

    Кроме прочих архитектурных изысков, аристократичное палаццо Фарнезина, самовольно занятое Андреа дель-Васто, обладало глубокими и впечатляюще обширными подвалами, ныне удачно переоборудованными в казематы, предназначенные для содержания самых опасных и ценных пленников. И надобно упомянуть, что на сей раз стригоям действительно попались весьма специфические, совершенно неординарные узники, охранявшиеся ими с особой строгостью и бдительностью.

    Слабая электрическая лампочка неровно освещала простой пластиковый стол, за которым сидели два стригоя. Их ничем не примечательные, невыразительные и какие-то помятые лица, а также несколько захватанных стаканов, обильно уляпанных потеками засохшей крови, красноречиво свидетельствовали о том, что вахта затянулась, а усталые караульные давно уже нуждаются в смене. Первый стригой, пожилой и полный, пессимистично почесал в затылке и, будто объявляя капитуляцию, с сожалением бросил на стол веер донельзя засаленных карт.

    -  Эхма, и не везет же мне сегодня! - обиженно проворчал он. - Третий раз подряд масть не идет.

    -  Так, чего у тебя набралось? - Второй охранник, курносый парень с типично деревенской внешностью, заинтересованно уставился в открытый расклад противника. - Шестерка, десятка, валет… Значит, выигрыш мой! - И он небрежным жестом сгреб со столешницы пачку долговых расписок.