-  Так их ведь сначала еще поймать нужно… - печально протянул незадачливый Евстасио, похоже столь же неумелый охотник на людей, как и игрок в покер. Притом он не уточнил, о ком именно говорит: о глистах или потенциальных жертвах. - Ох, сдается мне, ты изрядно жульничал, Марко. Чтоб тебе на Санта-Скала [14] ноги переломать!

    -  Ничего, не надорвешься, - самодовольно усмехнулся Марко, - добудешь людей. Вот сменят нас и можно на передовую попроситься…

    -  Еще чего, - искренне возмутился проигравший вампир. - Я тебе не дурак, под освященные пули лезть, да и выспаться для начала не мешало бы…

    -  Это да, дельное предложение, - согласно поддакнул Марко. - Меня когда на тутошнее дежурство назначили, так я надеялся - может, здесь тишь и гладь царят, словно в родном гробу, а здесь эко что творится… - И он раздраженно мотнул патлатой головой, указывая в направлении темного коридора, начинающегося сразу же за столом караульных. Евстасио хмуро кивнул, и в тот же миг, наглядно иллюстрируя жалобы стригоев, со стороны охраняемого ими каземата послышался громкий, сочный, лишь чуть-чуть приглушаемый толстыми стенами мужской голос, напевающий что-то непростительно дерзкое.

    -  Опять неугомонный ангел завелся на всю катушку! - злобно констатировал первый стригой. - У-у-у, гад светлый, патефон пернатый!

    -  Выше бери, всем гадам гад! - с энтузиазмом подхватил Марко, высказывая давно наболевшую мысль. - Так бы и прибил мерзавца крылатого, вот этими, своими собственными руками бы прибил! - Он угрожающе сжал кулаки.

    -  Нельзя! - испуганно шепнул Евстасио, предостерегающе прикладывая к губам толстый кривой палец с могильной грязью под ногтем. - Она запретила даже смотреть в его сторону, - выговаривая многозначительное «она», охранник невольно понизил голос, в котором прорезались подобострастные нотки. - А жаль!

    -  Еще как жаль! - в унисон поддержал Марко. - Эх…

    Пару минут они с отвращением выслушивали заливистые рулады недосягаемого для их клыков певца, увлеченно горланившего шебутные частушки на божественную тему.

    -  Ба-а-а, - вдруг осенило сметливого Марко, - а если ему кляпом рот заткнуть?

    -  Пробовали уже, - без особого энтузиазма пояснил Евстасио, - так он же кусается, скотина…

    Марко раздраженно передернул плечами, показывая: «А идея-то в целом была не плохая».

    Но в это самое время, словно намереваясь доконать своих вымотанных бездельем тюремщиков, к мужскому баритону добавилось громогласное женское контральто, сварливо выкрикивающее набор похабных ругательств.

    -  Ужас! - Импульсивный Марко, словно укушенный, высоко подпрыгнул на своей табуретке. - Ну хоть бабе-то рот заткнуть пытались?

    -  Бесполезно, - обреченно махнул рукой Евстасио. - Зараза белобрысая вообще кляп мгновенно перегрызла и съела. Эта паскудная стерва еще покруче любого мужика будет: ростом под два метра и жрет все, что не приколочено!

    Молодой стригой Марко, не имевший возможности лично лицезреть охраняемых ими узников, шокировано выкатил глаза и примолк, не находя достойного ответа.

    -  Вот, - умудренный солидным возрастом Евстасио пошарил в столе и вытащил нечто, при ближайшем рассмотрении оказавшееся парой русских меховых шапок-ушанок, - единственная наша защита от ангельского издевательства.