|
А затем он резко меняется в лице, словно каким-то образом понял, что перед ним стоит моя первая сумасшедшая любовь. Но я никогда не рассказывала ему о Кэмероне.
– Солнышко, а где вино?
– Черт, – прикрыв глаза, я морщу нос, – прости, я случайно выронила бутылку.
– Так и знал, что ты разобьешь, – откинув голову, он тяжело вздыхает, чтобы выпустить пар. – Это ведь был подарок для жены босса, ты ведь знаешь, как для меня важен сегодняшний вечер, Энди!
Обычно Гленн так себя не ведет, это все на нервной почве.
– Это я виноват, – говорит Кэмерон. – Случайно задел Энди, вот она и выронила бутылку. Подождите пару минут, я поднимусь в ресторан и возьму что-нибудь подходящее.
– Не стоит, – я тут же мотаю головой.
Я сама разбила бутылку, которая стоит целое состояние, и Кэм не должен за нее платить. Но он, приподняв уголки губ, подмигивает мне.
– Все в порядке, моя вина.
– Ты хоть представляешь себе, – спрашивает у него Гленн, – что это была за бутылка и сколько она стоит?
– Прости, солнышко, – бросает Кэм, не оборачиваясь, – но вряд ли. В жизни ничего дороже колы не пил.
Прикусив губу, чтобы спрятать улыбку, я опускаю взгляд.
– Что за самоуверенный тип?! – возмущенно спрашивает Гленн, когда мы остаемся одни. – И где наше такси? Нет, Энди, так не пойдет, нужно срочно что-то сделать с твоими волосами.
– Поправлю, пока едем. И я знаю, что для тебя это очень важный вечер, но ты не мог бы не нервничать так, хотя бы при моем старом друге?
– Да, прости, – он вздыхает, – я перегнул палку.
– Это подойдет? – спускаясь по лестнице, Кэмерон размахивает бутылкой.
Гленн всматривается в этикетку на темном стекле и, удивленно вскинув брови, одобрительно кивает. Кэмерон протягивает вино, задерживая свои пальцы на моих, по телу словно проносятся разряды тока, и я снова едва не роняю бутылку. Он смотрит в мои глаза, и я просто не могу заставить себя отвести взгляд. Думаю, что если бы рядом грянул взрыв, я бы даже не заметила.
– Может, – он кивает в сторону своей машины, – подвезти?
– Спасибо, но мы подождем наше такси, – отвечает Гленн. Уверена, что он обнял бы меня, чтобы показать, что я принадлежу ему, если бы не держал так крепко свою коробку. – Канун Рождества. Тебя, наверное, ждут, поэтому не будем задерживать.
– Погоди, кажется, я понял, – прикусив губу, Кэм поворачивает голову, – мне абсолютно наплевать на то, что ты говоришь, я спрашивал у Энди.
– Кэмерон, – мягко обрезаю я, – перестань.
– Наше такси, – Гленн кивает в сторону машины, а парнишка в зеленом тут же подбегает, чтобы открыть дверь. – Пойдем скорее, солнышко, мы опоздаем.
– Да, сейчас, – бросаю я, не отрывая взгляда от Кэма. – Я должна идти.
Улыбнувшись, Кэмерон коротко кивает. Чувствую себя ужасно, потому что в глубине души хочу, чтобы он попросил меня остаться.
– Спасибо за то, что снова помог мне. За все, – сделав шаг, подаюсь вперед, чтобы оставить поцелуй на его теплой щеке.
– Энди, – шепчет он, опуская ладонь на мою талию, а я даже не нахожу в себе сил, чтобы отстраниться. – Не обращай внимание на то, что он говорит про прическу. Ты выглядишь прекрасно.
Гленн снова окликает меня, и я понимаю, как ужасно забываюсь сейчас, стоя так близко к Кэму, но я ничего не могу с собой поделать. В секундном движении Кэмерон ловит мою ладонь и, сжав ее, отпускает.
– Иди, милая, – приподняв уголки губ, он кивает в сторону Гленна, застывшего у раскрытой автомобильной двери. – А не то он начнет плакать.
Заставляю себя отстраниться и пойти в сторону машины, но чем дальше я отхожу от Кэма, тем сильнее все внутри меня сопротивляется и рвется обратно. |