Майор достал удостоверение. На щеках у дамы сквозь толстый слой тонального крема проступили красные пятна.

— Но у нас уже была на прошлой неделе налоговая инспекция!

— Да что ж у нас — как из органов, так все думают только об одном: о налогах. Я из уголовного розыска, хочу получить сведения о двух ваших девушках, госпожа Спицына.

— Не может быть!

Наверное, это было для Спицыной еще хуже, чем налоговая проверка. За репутацию и благонадежность своих воспитанниц она просто тряслась. Не дай бог, кто‑нибудь из работодателей узнает, что одной из девушек интересовалась милиция! Марина Андреевна просительно сказала:

— Тише, пожалуйста! Я все вам расскажу, только пусть это останется между нами. — И тут же, связавшись по телефону с секретарем, распорядилась: — Меня ни для кого нет. Будьте внимательны к клиентам! Чтоб ни один не ушел!

Потом Спицына посмотрела на майора.

— Кто конкретно вас интересует?

— Наталья Белова и ее подруга. Виктория. Высокая, интересная блондинка. Фамилию у вас хотел уточнить.

— Власова? Вы о Вике Власовой хотели узнать? — Марина Андреевна явно удивилась.

— А что в этом странного? — в свою очередь озадачился майор.

— Да это одна из лучших моих девушек! Я даже повесила ее фотографию на «Доску почета» — в пример другим. Она так удачно устроилась! Я не ожидала! Но она как‑то зашла сюда и фотографию попросила снять.

— Сразу два вопроса: почему вы не ожидали, что Вике повезет, и зачем она приходила? Для того только, чтобы фотографию снять?

— Почему? Ну, во‑первых, она замужем. Замужним женщинам трудно найти работу, тем более место секретаря. Особенно если есть маленький ребенок. Бюллетени… кому они нужны? Во‑вторых, возраст. Когда она пришла к нам вместе с подругой… Вернее, мама меня попросила…

— Вы поняли, что их можно выгодно пристроить? За хорошие деньги?

— Ну зачем вы так? — обиделась Марина Андреевна. — Я же не взяла с них плату за обучение. А курсы, между прочим, стоят сто пятьдесят долларов.

— И потом вы берете комиссионные с работодателей и процент от зарплаты у девушек?

— Ну, это же только первое время. И потом, они после окончания курсов закреплены за Департаментом профессионального сервиса и могут обращаться к нам в поисках работы постоянно. Мы никого из базы не удаляем. Некоторым поначалу не везет, приходят снова. Виктория, кстати, заходила за тем, чтобы ее карточка и файл были уничтожены. Весьма странная просьба. Девушки обычно в этом не заинтересованы.

— Значит, анкетных данных на нее у вас больше | нет?

— К сожалению.

— А вы хорошо помните ее подругу? Наталью Белову?

— Постойте. Вику помню очень хорошо. А вторую… Ну да, девушек было две. Одна замужем, другая нет. Мы их определили в разные группы, но девушки везде ездили вместе.

— Так Виктория — это которая?

— Блондинка, — уверенно сказала Спицина. Волнистый вздохнул. На момент убийства Нэтти, блондинками были обе. Пришлось достать фотографии убитой.

— Это кто?

Марина Андреевна невольно вздрогнула. Пятна на ее щеках проступили ярче.

— Не знаю. Но не Вика. Та буквально на днях…

— Все понятно. К вам заходила за личным делом Наталья Белова, которая впоследствии почему‑то стала Викторией Власовой. Потому что убитая на самом деле Виктория Власова. Значит, так, давайте по порядку: вы лично устраивали их на работу?

— Лично я никого на собеседования не вывожу, — с достоинством сказала Марина Андреевна.