— Где живет ваша приятельница? — спросил майор, все еще боясь спугнуть удачу.

— Ты зайди в следующий подъезд да поднимись на седьмой этаж. Дверь у них хорошая. Железная дверь. Сто четвертая квартира. Только дочка‑то на работе сейчас.

— Найдем. Спасибо вам, бабушка. Только вы уж меня не подведите. Записочку Ната… Вике передайте.

— Не сомневайся, милок. А комнатку‑то не будешь у меня снимать? Хорошая комнатка. Много не возьму.

Сергей Павлович поспешил покинуть неуютную квартиру. Хорошо хоть, не зря проездил. Нет, не зря. Найдется теперь Наталья…

Как и следовало ожидать, дома оказалась только Алевтина Ивановна. Дверь она не открывала еще дольше, и дальше прихожей майора так и не пустила. Удостоверение ее ничуть не напугало. Хозяева жили богато, вес здесь было новенькое, с иголочки. Сергей Павлович подивился: зачем она ходит в соседний подъезд? Странная дружба! Тем не менее. Хозяйка долго рассматривала удостоверение майора и все допытывалась, нет ли у дочки проблем на работе. Сергей Павлович терпеливо втолковывал, что ему необходимо только получить сведения о бывших квартирантках приятельницы Алевтины Ивановны. Та наконец поняла, чего от нее хотят, и всплеснула руками.

— Вот и делай после этого людям добро! Да мы лишпего‑то с них не взяли! Коли нажаловались они, так стыда у людей нет! Приехали ведь из такой глухомани и как хорошо устроились! Мне Мариночка рассказывала. А жизнь нынче какая тяжелая! И поделиться не грех, если сам достаток имеешь.

Сама Алевтина Ивановна даже чаю Волнистому не предложила, зато хоть нехотя, но дала адрес агентства, где работала дочь Марина. Потом поспешно закрыла за Сергеем Павловичем железную дверь. Он спиной чувствовал, как хозяйка приникла к глазку с той стороны и смотрит вслед.

Ехать пришлось почти в самый центр: офис кадрового агентства находился недалеко от Павелецкого вокзала. Рядом с каналом. Это была старая двухэтажная постройка, избирательно подмазанная свежей краской. Подъехать к дому удалось с трудом, потому что рядом шли ремонтные работы. Из вывески Сергей Павлович понял, что перед ним курсы по подготовке секретарей‑референтов. Здесь же, но за другой дверью ускоренно обучали английскому языку. Через полтора‑два месяца девушки считались подготовленными и вывозились сотрудниками агентства на собеседования.

Сергей Павлович поднялся на второй этаж. На площадке курили девушки. Одна из них, видная брюнетка, снисходительно рассказывала товаркам:

— …А вечером он пригласил меня в ресторан. Все было по высшему разряду.

— Как же ты смогла ему понравиться?

— Уметь надо… Так что работа мне обеспечена. Волнистый поймал на себе заинтересованные взгляды. Потенциальный работодатель? Он посмотрел на «Доску почета», висевшую здесь же, на площадке второго этажа. Юные улыбающиеся лица. Те, кто нашел свое счастье. Не сюда ли метит брюнетка?

— А где… гм‑м‑м… хозяйка? — спросил он у девушек. Те переглянулись.

— Управляющая? Марина Андреевна? Направо и прямо по коридору. До конца. Вас проводить? — вызвалась брюнетка. И взглядом дала понять товаркам: учитесь!

— Спасибо, не надо, — буркнул Сергей Павлович и пошел направо самостоятельно.

Управляющая сидела в отдельном кабинете, за столом, заваленным фотографиями и анкетами. Выглядела она великолепно! Белозубая улыбка, огромные ресницы, длиннющие ногти и медовая любезность. Она поначалу тоже приняла Сергея Павловича за работодателя.

— Добрый день. Я Марина Андреевна Спицы‑на, управляющая агентством. Вы хотели подобрать себе персонал или личного секретаря?

— Я, Марина Андреевна, по другому вопросу.