|
Слишком тощие женщины с плохими фигурами, с волосами цвета воронова крыла и странными глазами не привлекают внимания мужчин вроде лорда Редгрейва. О, груди у нее достаточно полные, такие нравятся мужчинам, и бедра округлые, но все-таки она слишком тощая. Такие, как Хартли, предназначены для всяких Клодетт, для красивых светских львиц. К тому же он повеса, опытный соблазнитель. А она не имеет ни малейшего понятия, как играть в такую игру, даже если бы каким-то чудом он захотел поиграть с ней. Если бы Хартли проявил интерес к Алтее, то часть ее готова прямо сейчас, отбросив осторожность, последовать за ним по пути наслаждений. Неувязка только в том, что вместе с телом последовало бы и ее сердце, и когда он покинул бы ее, а мужчина вроде него так и поступает, он унес бы с собой и ее сердце.
Но опять же, размышляла Алтея, если судьба выбрала для нее Редгрейва, то что она может поделать? Постарается не оказаться в дураках, вот и все, что она сможет. Так безропотно подчиняться судьбе — это проявление слабости, решила Алтея. Она заметила на полу кружевной носовой платок. Но вряд ли кто-нибудь может не подчиниться судьбе. Судьба — слишком мощная сила, чтобы с ней бороться. Отставив на мгновение эту тему, Алтея потянулась к платку. «Не трогай», — шепнул ей разум, но любопытство оказалось сильнее. Коснувшись дорогого платка, она сразу пожалела, что не послушалась голоса разума. Она закричала, очутившись в водовороте пугающих образов, мрачных видений и ненависти. Не в состоянии освободиться от них, Алтея позвала на помощь дядю, а потом оказалась пленницей собственного дара.
Яго вошел в холл, как раз когда дворецкий впустил туда лордов Хартли, Олдуса и Джиффорда. «Какая точность, — улыбнулся он, приветствуя гостей. Ему было трудно сдержать улыбку при виде мрачного Хартли. — И одному из них так не хочется быть здесь». — Добро пожаловать, милорды, — сказал он, а потом спокойно велел дворецкому принести в гостиную прохладительные напитки. — Мы вам рады, — продолжил он, когда дворецкий отправился выполнять его приказ, — хотя и не знаю, чем еще мы сможем вам помочь. — Я тоже, — проворчал Хартли, не обращая внимания на недовольные взгляды своих друзей. — У нас сегодня были очень интересные посетители, — начал Яго. — Яго! От этого вопля у Хартли похолодела спина. Инстинкт подсказал ему, что кричит Алтея. Его удивило, как быстро отреагировал Яго. Не колеблясь он повернулся и побежал по холлу. Хартли и его друзья поспешили следом. Маркиз услышал быстрые шаги и догадался, что вскоре им придется иметь дело с испуганными слугами. Хартли застыл на месте, когда ворвался в комнату, его друзья застыли рядом. Алтея стояла на коленях, покачиваясь взад и вперед. В руке она сжимала кружевной платок. Лицо у нее было серое, по щекам текли слезы. Она смотрела на что-то сильно пугающее ее, на что-то, чего Хартли видеть не мог. Как только Яго ухватился за платок в руках Алтеи, в комнату влетели пышная служанка, дворецкий и еще один слуга, очень похожий на дворецкого. — Нет, милорд! — закричала служанка. — Не трогайте! — Она подбежала к Алтее и опустилась на колени рядом с ней. — Но, Кейт, это ведь и есть причина, — сказал Яго. — Вижу, но она сейчас под властью прозрения. Может, плохо так быстро вытаскивать ее оттуда. — Кейт ласково погладила Алтею по голове. — Лучше подождем, пока она не подаст знак, что видит нас. Слуга, так похожий на дворецкого, нагнулся над Алтеей. Хартли услышал шум в дверях, оглянулся и, убедившись, что никого нет, закрыл дверь, чтобы любопытные слуги не заглядывали в комнату. Потом снова посмотрел на Алтею: Кейт осторожно вытирала ей слезы своим передником и что-то ласково шептала на ухо. Хартли видел полное понимание на лицах слуг, ухаживающих за Алтеей. |
