Глава 6

— Он просто хочет завести интрижку, понимаешь? Алтея со вздохом посмотрела на Яго, элегантно раскинувшегося на сиденье в карете напротив нее. Прошли уже сутки с тех пор, как он застал племянницу в объятиях Хартли. Яго решил не вспоминать об этом случае, уже решила Алтея. Однако дядя, очевидно, решил по-другому, и все это время обдумывал случившееся. Или, лучше сказать, вынашивал свои планы.

— Может быть, и мне нужно только это, — выпалила она и сдержала улыбку, услышав его тяжелый вздох.

— Хоть ты и вдова, но опыта у тебя нет. Мужчине вроде него очень легко обидеть женщину вроде тебя.

— Физически? — В душе Алтея знала, что Хартли никогда бы не обидел ее своими действиями, но ей было любопытно узнать, как себе это представляет дядя.

— Нет, конечно, но эмоционально он может разорвать тебя на куски.

С этим Алтея не могла поспорить, потому что инстинкт уже предостерегал ее от такой возможности. Однако здравый смысл отступил в тот момент, как Хартли поцеловал ее. Она хотела его поцелуев. И не только поцелуев. Прошлой ночью ее сны были полны скандальных сцен, он дарил ей то наслаждение, которое обещали его поцелуи. Алтее нужно было решить: стоит ли это той боли, которую она испытает, став для него всего лишь мимолетным удовлетворением похоти. Алтея опасалась, что она готова пойти на такой риск. Желание, которое пробудили в ней его поцелуи, стало соблазном, которому она вряд ли сможет противиться.

— Если я позволю ему обидеть меня, то только по собственной глупости, правда? Что может быть глупее, чем отдать свое сердце известному повесе, мужчине, чей интерес к женщинам и страсть к ним быстротечны, словно прекрасный летний день.

Яго фыркнул и вздохнул:

— Раз уж ты понимаешь, что это за человек, зачем тебе так рисковать?

— Ты стал бы задавать такой вопрос мужчине?

— Умная девица, — пробормотал он и улыбнулся. — Нет, и ты это знаешь. От мужчин ждут, что они, как говорится, перебесятся. Я не совсем понимаю, почему мужчину, который соблазнил многих женщин, имел множество интрижек, стал признанным повесой, принимают в приличных домах, но это так. Мужчине нужно совершить какой-нибудь экстраординарный бессовестный поступок, прежде чем его станут избегать. А если он богатый, неженатый, красивый и молодой маркиз, то ему нужно совершить даже нечто большее, прежде чем матери невест перестанут приглашать его на светские приемы. Женщина же может обнаружить, что ее избегают и шепчутся за спиной, даже если просто потанцует или улыбнется не тому мужчине.

— Как это нечестно! Яго, я Вон, несмотря на новое имя по мужу. Только потому, что ты молодой, знатный и неженатый, светское общество терпит и меня, иначе меня никогда не пригласили бы на такие приемы.

— Если бы люди знали…

— Если бы люди действительно знали меня, то тем более никуда никогда не пригласили, разве что в салоны, где от меня потребовали бы ответов на глупые вопросы: верен ли чей-то муж или за кого даме следует выйти замуж. Я стала бы развлечением. Я даже не наследница, которую какая-нибудь мать хотела бы в жены для своего сына. Я просто молодая вдова, у которой достаточно средств, чтобы жить в маленьком господском доме на маленьком земельном участке в нескольких днях езды от Лондона. Такие, как я, — именно тот сорт женщин, которых мужчины вроде Редгрейва хотят иметь своими любовницами.

— Алтея…

— Нет, Яго. Я сама буду решать. Если это глупость, то так тому и быть. Если сердце мое будет разбито — так тому и быть. Когда закончится эта канитель, я с Кейт и Альфредом вернусь в Коултарст. Вот такое будущее, похоже, ждет меня. Будешь корить меня за короткое удовольствие, за попытку расправить крылья?

Яго вздохнул и покачал головой:

— Нет.