Любовь. Любил.

Ненавидел. Любовь.

Джульетта отстранилась, но только затем, чтобы посмотреть Роме в глаза. Он не отвел взгляда.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – думала она.

Пожалуйста, не разрушай меня опять.

– Ты больше не проведешь меня, – продолжал он. – Ты и теперь остаешься все той же неустрашимой девушкой, за которую я готов был отдать жизнь. Я сделал свой выбор, поверив в тебя, – сделай же свой выбор и ты. Ты продолжишь сражаться или сломаешься, рассыплешься на куски?

Она всю жизнь делала и то и другое – то сражалась, то начинала рассыпаться на куски.

– Ответь мне сначала ты, – прошептала она.

Рома напрягся. Он знал. Знал, о чем она хочет спросить.

– Ты все еще любишь меня?

Рома закрыл глаза. Текли секунды, и Джульетте показалось, что она попыталась перепрыгнуть расселину, но не рассчитала и теперь летит в темную бездну, вниз, вниз, вниз…

– Ты что, не слушаешь меня, когда я говорю? – дрогнувшим голосом спросил он. – Я люблю тебя. Я всегда тебя любил.

Только что Джульетте казалось, что в ее груди зияет пустота, но нет, ее сердце было живо.

– Рома Монтеков, – с жаром сказала она.

Он вздрогнул, и в его глазах отразилась тревога.

– Что?

– Я сейчас поцелую тебя.

И, стоя на коленях на пятачке травы возле твердыни коммунистов, на глазах у множества полицейских, под переплетением телефонных проводов Джульетта обхватила лицо Ромы ладонями и поцеловала его в губы со всем пылом четырех потерянных лет.

– Прости меня, – прошептал он, когда они оторвались друг от друга. – Прости меня, Джульетта.

Она так устала от ненависти, крови и мести и хотела одного – вот этого. Обняв его, она положила подбородок ему на плечо и крепко прижала его к себе. Они вновь обрели друг друга, и ее разум шептал: вот мы и снова вместе – наконец.

– Я прощаю тебя, – тихо проговорила она. – И, когда это закончится, когда чудовище будет мертво и город снова станет нашим, мы с тобой поговорим по-настоящему.

Рома улыбнулся. И поцеловал ее в шею.

– Хорошо. Я не против.

– А теперь… – Джульетта разжала объятия. – Нам нужно разыскать чудовище и убить его.

Глава тридцать четыре

Теперь слухи уже дошли до всех. Сегодня коммунисты начнут восстание в Наньши. Поначалу они планировали делать это медленно, поднимая фабрики поочередно, но теперь спешат, поскольку услышали, что убит их генеральный секретарь, и испугались, что за членами партии охотится наемный убийца. Они жаждут мести и клянутся поднять всех рабочих города сразу, до того, как кто-то еще будет убит.

Дождь продолжает капать. На одной из крыш неподвижно находятся пятеро членов двух банд, не обращая внимания на дождь. Они сидят на бетонной кровле – и одна из девушек подставила лицо ветру, не мешая каплям воды впитываться в ее волосы.

Они подавлены. Их попытки спасти лежащую в больнице светловолосую девочку, которую любят трое из них, привели ее на порог гибели. Если сегодня в самом деле вспыхнет восстание, она умрет. Они могут только молиться, чтобы все это оказалось только слухом, пустой молвой.

Дует ветер. Пронзительно кричит птица.

– Возможно, нам следует бежать. Рано или поздно это помешательство, эта зараза проникнет во все уголки Шанхая.

– Но куда же нам бежать?

– Люди называют Америку землей обетованной.